Александра тут же охватило смущение, а вместе с ним – и постоянное желание до конца понять Лидию.
– Но почему? – вскричал он, крепко сжимая ее плечи. – К чему ввязываться в скандальную историю, если есть иной способ? Если ты…
– Не делай этого! Не проси меня еще раз. – Лидия прикоснулась губами к его щеке, рука скользнула по его груди, она прижалась к нему всем телом. – Возьми то, что я тебе предлагаю, Александр. Пожалуйста!
Александр вступил в жестокую, но короткую битву с собственным сознанием. Только Богу известно, он хотел ее так, как никогда в жизни не хотел ни одну женщину. Однако он знал цену скандалу, а потому не хотел, чтобы Лидии пришлось заплатить ее.
Нортвуд с трудом разжал пальцы, сжимавшие ее плечи, с трудом отпустил.
– Ступай к себе в комнату. Завтра рано утром я уеду в Лондон.
Несколько мгновений Лидия смотрела на него, а затем повернулась и пошла назад в дом.
Лидии хотелось дышать. Хотелось наполнять легкие большими глотками воздуха, чтобы ощутить, как он разрывает ее тело, как расширяются ребра, как кровь начинает петь от этого сладкого и чудесного воздуха. Хотелось вдыхать, расслабляться, а затем, пресытившись им, упасть на стул. А потом делать это снова – выдыхать, вдыхать, выдыхать, вдыхать… Снова и снова, снова и снова…
Лидия закрыла глаза. С тех пор как она оставила Александра на террасе, прошел час. Она боялась, что он может не вернуться или что надумал отправиться в Лондон этой же ночью…
– Господи!
Услышав произнесенное шепотом восклицание, Лидия повернулась. Александр стоял в дверях своей спальни и смотрел на нее. На ней был лишь корсет да нижняя сорочка, а ее платье и верхняя сорочка смятой кучей лежали на полу. В ушах Лидии зашумела кровь, ее нервы сплелись в животе со страхом.
– Я же сказал, чтобы ты шла в свою спальню. – Его голос дрожал.
Лидия покачала головой. Несмотря на то что Александр отказался от ее предложения, она знала, что он хочет ее. И он не откажется – не сможет отказаться – от ее смелого предложения.
Несколько мгновений полураздетая Лидия с замирающим сердцем ждала, как Александр отреагирует на ее вид, однако на его лице она не заметила и следа возмущения. Напротив, в нем было столько страсти, столько желания, что у нее перехватило дыхание.
Лидия едва не лишилась дара речи.
– Т-ты действительно уезжаешь завтра? – запинаясь, спросила она. – Из-за меня?
Лидия нерешительно шагнула к Нортвуду, но он остановил ее взмахом руки.
– Не надо! – сказал он.
– Но…
– Ты выглядишь… – На его горле заходил кадык. – Огонь у тебя за спиной… Кажется, что ты полна света.
Света… Нет!
Быть может, такое было однажды, много лет назад, когда она карабкалась по каменистым пляжам Брайтона. Когда ее мать еще была жива-здорова и вместе с отцом смеялась над тем, как соленый ветер обдувает их лица, а морские волны отступают, чтобы встретить их. Тогда и сама Лидия чувствовала себя полноценной. И именно тогда она была полна света, которым можно было осветить самую темную из пещер.
– Огонь… Мне стало холодно… – Ее голос стал неестественным, хриплым. Она заставила себя улыбнуться и дрожащей рукой убрала за ухо прядь волос. Ее кожа покрылась мурашками.
Закрыв дверь, Александр беззвучными шагами направился к ней. С каждым его шагом Лидия все больше уходила в себя.
Она ожидала, что Александр схватит ее за плечи, привлечет к себе, но вместо этого он остановился в нескольких дюймах и стал пожирать ее взглядом. Его пылающий взор задержался на роскошных округлостях грудей, виднеющихся над корсетом, а потом поднялся к лицу.
Лидия шевельнулась, и корсет впился в тело; между ног у нее потеплело от близости Александра. Она смотрела на него с осторожностью, в сотый раз спрашивая себя, разумно ли было проявлять такую смелость.
– Ты добилась того, что я не смогу противостоять тебе, – сказал он.
– Этого я и хотела. – По ее губам пробежала легкая улыбка. – А ты как-то сам говорил, что мне следует почаще проявлять безрассудство.
– Похоже, я был прав.
Несмотря на сделанное Лидией признание, ее нервы были на пределе. Она отступила к камину, и жар огня опалил ее кожу сквозь тонкую ткань сорочки и панталон.
– Александр, я…
Она устремила взгляд на пуговицы его рубашки, не в силах посмотреть ему в глаза. Как она может сказать ему? Как поведать лорду Нортвуду о своем грязном прошлом и о той ужасающей цене, которую она была вынуждена заплатить за свое безрассудство?
Возможно, этого и не стоит делать. Это ведь ее прошлое, впившееся в ее душу как окаменелость, а Александру вовсе ни к чему знать всю правду. Она никогда не согласится выйти за него замуж. Возможно, некоторое время они будут любовниками, но дальше этого их отношения не пойдут. Она ничего ему не должна, кроме верности, обязательной для каждой любовницы.
Только на этот раз она знает условия игры.
– Я уже делала это… – проговорила Лидия так тихо, что сама едва услышала собственный голос.
– Знаю.
Лидия заглянула ему в глаза.
– Правда?
Александр кивнул и с недрогнувшим лицом продолжал рассматривать ее.
– А… от-откуда?
