Приближение пятерки вооруженных оборванцев, среди которых плелся тщательно связанный мужчина, со следами насилия на физиономии, не могло не насторожить взбудораженных солдат. Строительство укреплений прекратилось, бронетранспортер заинтересованно повернул башенку, а от КПП выскочил военный в бронежилете и каске и угрожая автоматом заорал:
– Стоять! Кто такие?! Кому сказано стоять!!!
Аурелия, предусмотрительно оторвавшись на безопасную дистанцию, сладким и вкрадчиво-завораживающим голосом ответила:
– Спокойно, воин. Спокойно. Не нужно волноваться. Тебя ничего не должно волновать.
Тот, кивнув, перекинул автомат за плечо и уставившись на приближающуюся нимфу взглядом, от которого можно забеременеть, роняя слюни спросил:
– И что мне делать?
– Скажи этим солдатам, чтобы прошли по территории. Пусть соберут всех в одном месте.
– В каком?
– У вас есть плац?
– Для тебя мы сделаем его, где ты скажешь. Хоть на Марсе.
– Не надо делать, соберите на том, что есть.
Солдат вновь кивнул и развернувшись, прытко помчался назад.
Чак, глядя ему вслед, покачал головой:
– Надо же, как легко. Почему рейдеры не берут нимф на вылазки? Это ведь так удобно.
– Я бы с такого расстояния до него не достала, – завистливо ответила Диана. – А какая польза от нимфы, которая может работать лишь вплотную? Не все же такие, как Аурелия. Она реально сильная.
– Нет, не в этом дело, – встрял Шуст. – Слыхал я одну историю, про стронгов. У них нимфа была, внешников глушила. А потом что-то переклинило в голове и прошлась по отряду в самый неудобный момент. Подставила ребят ни за что ни про что, тех застали слюнявыми и тупыми, многих положили по-глупому.
– Зачем она это? – спросил Чак.
– Откуда я знаю? Это ведь баба, никто не знает, что у нее на уме. Может мужика с кем-то не поделила, может просто слишком много гормонов в кровь попало. Хрен их поймешь…
Пришлось остановиться. Ворота оказались заперты, а перед калиткой образовался затор. Солдаты, получив приказ, ринулись к ней одновременно.
Может они и действуют под контролем нимфы получше, чем иммунные, но, похоже, это воздействие бесследно для их интеллекта не проходит.
Похоже, этот кластер прилетел из мира, Карату незнакомого. Не удалось определить, что за погоны у этого офицера. Ни звания, ни род войск – ничего не понятно. Что-то от подполковника проскакивает, но это, возможно, засевшие в голове стереотипы пытаются дорисовать несуществующую картинку.
Да и представился не по форме. То есть, звание не назвал. Просто подошел и лаконично высказался:
– Здравствуйте. Я Михаил Лысенко, и я вас люблю больше жизни.
Нимфа на это ответила без эмоций и по существу.
– Нам нужна чистая одежда, горячая еда и помыться.
– Сей секунд будет сделано, – пожирая предмет своей страсти глазами, пообещал командир части.
Аурелия повернулась к Карату:
– Теперь твоя очередь. Учти, они даже без моего воздействия уже слегка неадекватные, а с ним всё усугубляется. Старайся говорить с ними как можно проще.
И Карат постарался:
– Лысенко, какое у вас воинское звание?
– Подполковник.
– А что за часть? Род войск?
– На территории располагается отдельный батальон химзащиты с приданной ему отдельной ротой химразведки.
– Ну ничего себе. И зачем в одном месте столько химиков?
– Не понял вопрос?
– Почему только части химической защиты, сами по себе, без пехоты и без танков?
– Так ведь, город такой. Производства всякие. Авария случилась тридцать лет назад, много жертв среди гражданских. А всё по бестолковости. Ну а чего еще ждать от штатских? После этого нас сюда и поставили. Если что, мы первые удар примем, не допустим бардака.
Карат приуныл. Мало того, что в части оказалось в два с половиной раза меньше солдат, чем предполагалось, так это еще и «химики». Не спецназ, или на худой конец мотопехота, а бойцы, которым по роду службы предписано не убивать, а следить за химической и радиационной обстановкой. Ну и защищать других солдат, а также гражданских лиц от поражающих факторов атомного и химического оружия.
А ведь этих людей придется бросать в атаку. Они должны прорваться через периметр муров, расчистив проход для группы. Боевые навыки при таких делах лишними не будут.
Ладно, что имеем, с тем и придется работать. Это всё же получше, чем толпу гражданских собирать.
Подавив печальный вздох, Карат продолжил:
– Я видел перед КПП бронетранспортер. Еще такие есть?
– Да, разведывательная химическая машина, двенадцать единиц.
– Пулеметы на них для красоты стоят?
– Почему для красоты? Для выполнения поставленных боевых задач.
– Стрелять могут?
– Это же пулеметы, они только это делать и могут.
– Еще стреляющая техника в части есть?
– Три бронированных разведывательно-дозорных машины, но одна сейчас не на ходу, с неисправным вооружением, и два многоцелевых тягача легкобронированных, на них пулеметы. Есть еще две инженерные машины разграждения и одна командно-штабная машина, но на них только броня, вооружения нет.
– Маловато техники на такую толпу. Чем перевозить, если что?
– Для перевозки много чего есть. Без брони и вооружения.
– А для солдат оружие есть?
– Конечно.
– Только автоматы?
