Затем на экране появляется фигура, появляется так внезапно, что Петра вскрикивает и в растерянности зажимает рот рукой. Неизвестный и в самом деле выглядит страшно: черная одежда плотно облегает тело, лицо закрыто черной маской, лишь для глаз и рта оставлены узкие прорези. Бандит приближается настороженно, словно ожидая подвоха, обходит тележку со всех сторон. Но, видимо не обнаружив ничего подозрительного, перебрасывает через плечо ремень автомата и вспрыгивает на сиденье кара. Тележка трогается и, доехав до участка, захваченного террористами, исчезает из кадра.
— Мужчина, рост примерно сто восемьдесят, щуплый, лет тридцати, — перечисляет приметы неизвестного капитан Вольф. — Вооружен автоматом СТ-32 бельгийского производства.
Остальные присутствующие застыли, боясь пошевелиться. Лейтенант Хорн освежает в памяти курс психологической подготовки. Последующие минуты во многих отношениях окажутся решающими. Если террористы отпустят ребенка, то есть первого заложника, — это явный признак, что они склонны на уступки, а точнее говоря, на обменные сделки.
— Что, если они все же взорвут камион? — шепотом спрашивает Петра.
Девушка стоит рядом с Хорном, но не смотрит на лейтенанта. Как и все присутствующие, она не отрывает взгляда от экрана, на котором еще несколько минут назад стояла тележка с телевизионным оборудованием.
— Мы им помешаем в этом, — также шепотом отвечает лейтенант Хорн. — Надо только устроить так, чтобы к тому времени, когда караван машин с бандитами и заложниками выберется из тоннеля, камион уже находился бы не в их руках, но чтобы террористы не знали об этом. — Он и сам понимает, что объяснение его звучит сбивчиво и туманно. Впрочем, он не столько обращается к девушке, сколько пытается упорядочить собственные мысли. Затем лейтенант поворачивается к Плюме:
— Позвоните на автостоянку, пусть готовят вертолет. Я сейчас подойду.
Проходит еще четыре минуты; террористы явно заняты проверкой снаряжения.
— Мальчик идет! — радостно восклицает господин Манакор, хотя оповещение это совершенно излишне: ведь взгляды всех присутствующих прикованы к экрану. На часах почти половина третьего.
Лицо мальчика бледно, голова непокрыта. На нем длинные штаны и белая рубашка; кто-то обмотал ему шею шарфом. Мальчик раз-другой оборачивается назад, а затем торопливо шагает по тоннелю в сторону Вигау.
— Пусть Клод выезжает! — командует Хорн. Плюме передает его распоряжение по телефону. Лейтенант, бросив взгляд на капитана Вольфа, выходит из диспетчерской.
На автостоянке уже тарахтит прогретый мотор вертолета.
Диллен устал от ожидания. Он опускает боковое стекло и глубоко вдыхает свежий, холодный воздух. Теперь уже ясно, что солнцу сегодня не пробиться, серые тучи сгущаются все больше, плотной пеленой окутывая небо. Горы не отбрасывают теней; до вечера еще далеко, но окрестные холмы и долины погружаются в сумрак, даже снежный покров на вершинах гор и холмов кажется посеревшим. Пик Сен-Георг, окутанный облаками, сейчас не виден. Изредка с криками проносятся черные стаи птиц и исчезают вдали, за Вигау.
Диллен, наблюдая в бинокль, видел вертолеты, один за другим приземлявшиеся на автостоянке в Вигау, и прибывавшие полицейские подкрепления. Особое внимание его привлек вертолет, который примерно в полдень вдруг взмыл со стоянки, полетел по направлению к Штайгу и вскоре вернулся обратно. «Все ясно, они решили обследовать причал на Линардском озере!» — с удовлетворением отмечает он. Значит, Чарли уже вступил в контакт с полицией и продиктовал свой ультиматум…
Вот и сейчас в воздух поднимается вертолет; на сей раз он летит не к озеру, а в другом направлении и через минуту скрывается за горой Сен-Георг. «Наверное, за деньгами отправились…» — строит предположения Диллен. Взглянув на часы, он решает, что пора проинформировать шефа.
Диллен связывается с Парижем. Едва успевает раздаться первый звонок, как трубку снимают. «Ага, выходит, шеф тоже волнуется, хотя и строит из себя невозмутимого супершпиона», — мелькает в голове у Диллена злорадная мысль, но он тут же настраивается на официальный лад.
— Да, мосье, это я. Родовые муки пока продолжаются, но если судить по определенным признакам, то все идет как надо.
— Вы в этом уверены? — спрашивает Кабри.
— Да, мосье, все события происходят в той самой последовательности, на какую мы рассчитывали, и нет ни малейших оснований предполагать какого-либо отклонения.
— Надеюсь, и в дальнейшем не возникнет осложнений. Что нового по телевидению?
— Пока ничего. Позвольте напомнить: по плану до этого дойдет черед не раньше, чем через полчаса. Вы тоже будете смотреть?
— Да, благодаря кабельной сети и здесь можно поймать эту передачу. Ведь она пойдет по первой программе, верно?
— Совершенно верно, мосье, мы именно на это и рассчитываем.
— Тогда все в порядке. Только не забывайте, что главная задача у вас впереди. Вы готовы?
— Разумеется, мосье.
