– Понимаю, – помолчав, промолвила Лоретта, внезапно ощутив стеснение в груди. – Может быть, мне следует носить темное платье до пят и платок на голове?
– Пожалуй, было бы совсем неплохо, – выговорила Карлотта.
Лоретте вдруг показалось, что окружающий мир сразу помрачнел. Она закусила губу и надолго умолкла.
К обеду Лора вышла в том же платье, но уже в шейном платке, заколотом брошью, и в шали, накинутой на плечи.
Отец был доволен, а Карлотта одобрительно кивнула ей и мягко улыбнулась. Настроение же самой Лоры значительно ухудшилось. А когда отец сообщил ей, что из дома она должна выходить только в сопровождении дуэньи, Лора поняла – ее свободе пришел конец.
На следующий день, во время поездки в экипаже отца в город, она стала свидетельницей публичной жестокой порки солдатами бедняка, не уплатившего вовремя налоги.
– Какое отвратительное зрелище! – в сердцах воскликнула она, отпрянув от окна кареты. – Как можно оставаться равнодушным к подобному зверству, папа?
– Я не вправе вмешиваться в местные порядки, дочка! – помрачнев от огорчения, ответил Филипп. – Но от них меня тошнит. – Он приказал кучеру ехать быстрее.
Внезапно Лора заметила в толпе Сериту. Лицо девушки было бледным, в ее широко раскрытых глазах застыла молчаливая мольба. Не обращая на нее внимания, солдаты продолжали хлестать кнутом мужчину, привязанного к позорному столбу.
Вечером, встретив дома заплаканную служанку, Лоретта спросила у нее:
– Почему ты не попросила денег у меня или моего папы?
– Это ничего бы не изменило, донья Лора! – тяжело вздохнув, чуть слышно промолвила служанка. – В другой раз они бы потребовали с нас еще большую сумму. Моя семья уже не в состоянии выплачивать такие налоги. Я в отчаянии! Но прошу вас, донья Лора, не впутывайте сюда своего отца! Если дон Луис проведает, что я пожаловалась американскому послу, он распорядится запороть Хуана до смерти. У него повсюду свои люди. С появлением в нашем городке нового алькальда наша жизнь превратилась в сущий ад! Но ведь как-то жить все равно надо. Вы должны меня правильно понять.
– Я тебя отлично понимаю, – вздохнула, глядя в ее испуганные карие глаза, Лоретта. – И если тебе потребуется моя помощь, то не стесняйся ко мне обратиться.
– Чем же вы смогли бы мне помочь? – горько хохотнула служанка. – Разве что вам удастся вернуть нам наши деньги, отобрав их у солдат!
Испугавшись своих дерзких слов, девушка прикрыла рот ладонью и убежала. Лора же еще долго стояла в коридоре, размышляя над услышанным.
Проснувшись на другое утро, Лора некоторое время лежала неподвижно, уставившись в потолок и пытаясь понять, отчего в спальне так жарко. Наконец она спустила ноги с кровати на золотистую солнечную дорожку на полу, потянулась и, сообразив, что слишком долго спала, встала и подошла к окну.
Внутренний дворик, залитый солнечным светом, наполнял густой запах жасмина и дурманил голову. Гибкие стебли зреющего винограда обвивали решетчатые ставни. Как нарочно, не было даже намека на живительный ветерок со стороны океана. С каждым мгновением жара набирала силу.
Лора раздраженно передернула плечиками, отошла от окна, оделась и пошла в большую столовую завтракать. К своему величайшему удивлению, она обнаружила, придя туда, что за столом напротив Карлотты сидит пожилой седовласый господин аристократического вида, а за спиной у него стоит высокий дородный лакей. При появлении в комнате Лоры незнакомец немедленно встал и вежливо поклонился ей. Карлотта представила ему Лору как свою падчерицу.
– Рад с вами познакомиться, сеньорита Аллен, – произнес он приятным баритоном.
Лора невольно скользнула взглядом по его шелковому жакету, накрахмаленной манишке и тщательно отглаженным брюкам, нашла его костюм безупречным и ответила на беглом испанском:
– А для меня знакомство с вами, сеньор Альварес, – большая честь. Мой отец отзывался о вас с огромным почтением.
Дон Бенито Альварес улыбнулся:
– Как приятно слышать столь изящный комплимент от прекрасной юной леди! Ваша речь выдает ваше европейское образование.
Карлотта сдержанно улыбнулась, поздравляя себя с тем, что настояла на отправке Лоры в Европу на учебу, и спросила у гостя, не желает ли он отведать еще немного вина.
– Благодарю вас, донья Карлотта, не откажусь. Расскажите мне, старику, какое впечатление произвела на вас Испания, – обратился дон Альварес к Лоре. – Ведь самому мне уже не доведется вновь съездить туда, в мои-то годы. Тем более что ко мне только что приехал мой внук.
– Но почему бы ему не присмотреть за вашим имением, дон Бенито, пока вы будете путешествовать? – сделав лакею знак наполнить бокалы, спросила с любезной улыбкой Карлотта.
Ее седовласый собеседник пожал плечами и с сожалением покачал головой:
– Признаться, милейшая донья Карлотта, я сомневаюсь в его деловых качествах. Но поскольку ему рано или поздно придется управлять имением, постараюсь обучить его этому.
Решив, что внук дона Бенито пока еще совсем юн, Лора заметила:
