И надо же, как раз в этот момент разговоры утихли и «гав, гав, гав» прозвучало на весь стол. Все прекрасно ориентировались, о чем речь, я думала, все просто лопнут, подавятся, изойдут слезами, расчихаются и вообще помрут. Один Леопольд не имел понятия, почему разразился такой хохот, однако на всякий случай все-таки от меня отрекся.
А теперь вернемся снова к новогоднему вечеру в Гужне. Вечер, понятно, не удался. В три ночи мужчины отправились разогревать моторы: ударил мороз. Попытались проскользить по снегу в лакировках, из попыток ничего не вышло, а настроение пошло к черту. Злые как фурии дамы пошли спать.
– Мы, Ирэна, ее муж Анджей и я, ночевали в одной комнате. Я проснулась рано и услышала нежное воркование Анджея:
– Малышка, тебе не холодно? Иди сюда, под одеялко, я тебя укутаю, золотая моя, не замерзнешь...
– Ирэна, как он тебя любит! – растрогалась я при виде такой заботы, говорила с пиететом и даже чуть-чуть с завистью.
– Меня!!! – заорала она в ярости. – Совсем спятила! Как бы не так, мне он скажет!.. Посмотри, что у него в руках!!!
Анджей заботливо обнимал и укутывал одеялом аккумулятор, снятый с машины...
И честно говоря, он ворковал, пожалуй, по делу: на следующее утро его «фиат» взял с места как ни в чем не бывало, «симку» пришлось тащить на тросе, а за «Варшавой» уговорили свернуть «Волгу» с шоссе.
На следующий год...
Нет, следующий год оставим пока в покое. Много разных разностей за это время приключилось, да и пора вспомнить про хронологию. От Новых годов пока что отвяжусь, вернусь к ним когда понадобится, потому что невезениям вовсе не пришел еще конец. Добавлю только одно: много лет спустя Михал смертельно обидел меня, из мести я вывела его в
Так вот, если придерживаться хронологии, то еще раньше я познакомилась с очередным Юреком. Познакомилась при самых обыденных обстоятельствах: ранним утром мчалась Дольной по направлению к Пулавской, за руку волокла Роберта и отчаянно махала рукой всем средствам передвижения. Обычно что-нибудь да попадалось – такси, левак, «скорая помощь», грузовик – разнообразия хватало, не ездила лишь угольным фургоном. И на сей раз остановилась машина, я села, объявила: ребенка надо срочно на Аллею Неподлеглости, после на Кредитовую на работу, водитель согласился, поехали. Позже он сам признался, оценил меня позитивно и сразу начал прикидывать, на что клюну. На ужин в «Гранде» – ясно, нет. Очень быстро вышел на явь – клюю на моторизацию.
Соблазнил меня «ситроеном» с автоматической коробкой передач. Я согласилась – хотя вовсе не рвалась – на экскурсию этим «ситроеном» в Желязову Волю – сама буду за рулем. От Юрека в восторг не пришла – на мой вкус, в нем было многовато лишнего веса, все прочее, правда, в порядке, и я рискнула, предупредив, что возьму детей.
И сегодня не понимаю, почему он не порвал со мной сразу же и навсегда, ибо мои дети для этого сделали все.
Начал Ежи:
– Мать, а кто такой Шопен?
– То есть как кто? – возмутился было Юрек. – Твой сын не знает Шопена?
– Дитятко, расскажи пану, кто такой Шопен, – попросила я, ни на что уже не надеясь.
Дитятко не подвело, изрекло не задумываясь:
– А это испытатель реактивных самолетов, здесь в пруду ноги мыл.
Меня на такой финт не поймаешь, но Юрек отреагировал с подозрением. Подключился Роберт, который, несмотря на свой юный возраст, номера отмачивал дьявольские, сообща мои детки высказали множество всяческих соображений, а изобретательностью обладали неисчерпаемой. Чтобы более или менее представить устроенное ими шоу, придется опять сделать малюсенькое отступленьице.
Шестилетний Роберт часто ходил за покупками в магазин, где работала родственница. Как-то она спросила:
– А почему твоя бабушка не пришла?
– Собиралась, – грустно сообщил ребенок, – да не могла, вдребезги пьяная под столом лежит.
– Слушай, не знай я тебя, поверила бы, клянусь, – рассказывала потом родственница моей матери. – Он так сказал, что все покупатели поверили, честное слово, я аж вся покраснела...
Подобные заявления Роберт делал постоянно, да еще комментировал разные происшествия. Я перепугалась насмерть, пока не услышала про Йолю. Йоли я не знала, но не в том дело.
Йоля ходила в детский сад, мать дежурила в больнице, отец ушел на какое-то совещание, и за ребенком делегировали бабушку.
– Йоля, за тобой бабушка пришла, – сообщила воспитательница.
– Бабушка?.. – переспросила Йоля с таким сомнением, что воспитательница забеспокоилась.
– Ну что же ты, ведь это твоя бабушка...
Йоля отступила и прижалась к обескураженной воспитательнице:
– Какая бабушка? Я эту пани не знаю...
– Йоля, что ты говоришь? Как ты меня не знаешь? – обалдела бабушка.
– Не знаю я эту пани...
Воспитательница всполошилась и увела девочку в другую комнату.
– Йоля, а это мама твоей мамы или твоего папы?.. – коварно поинтересовалась она.
Но Йолю на мякине провести не удалось.
– Какая мама, что вы, я эту пани совсем не знаю...
