Януш, само собой, не шел из головы, и я добросовестно обдумывала всякие дипломатические приемы, чтобы встретиться с ним как бы случайно. Явно встречаться не могла себе позволить: бегаю за мужиком, который чхать на меня хотел, – Господи Боже, компрометация фундаментальная, не стану хотя бы усугублять! В принципе я давно поставила на нем крест, но мне нравилось бывать в его обществе – никто не умел так красиво танцевать английский вальс, да и относился он ко мне прямо-таки трогательно, и я от души радовалась каждой встрече. В рамках такой дипломатической операции я взялась выполнять какое-то поручение в Лодзи, не помню уже какое, наверняка что-то связанное с моими паломничествами по домам культуры. В Лодзь я добиралась откуда-то, поезд приходил утром, я воспользовалась случаем, адрес знала, послала телеграмму с просьбой снять мне номер в гостинице. Ответа получить не могла – то и дело переезжала с места на место.
В Лодзь приехала ровно в полночь, обдумывая по пути создавшуюся неординарную ситуацию. Возможно, Януш заказал мне номер, но как, черт побери, об этом узнать? Адрес? Без толку – он снимает комнату у какой-то особы, фамилия которой мне неизвестна. Телефона тоже не знаю, в телеграмме не сообщила, когда приеду и на какой вокзал – сама этого не ведала. Нанести визит посреди ночи – нет уж, кое-какие остатки приличий надлежит соблюсти. А ночь темная, в городе никогда не была...
В пять минут первого я ворвалась в железнодорожное отделение милиции Лодзь-Фабричная со страстным признанием:
– Уважаемые паны, я обожаю милицию!
Присутствующие в помещении паны повскакивали с мест.
– Дорогая пани! – с энтузиазмом откликнулись уважаемые паны. – Такое мы слышим впервые в жизни! Для вас – все, что угодно!
Я объяснила: всего не потребую, но кое-что – да. Необходим номер телефона без фамилии абонента, исключительно по адресу, в коем тоже не совсем уверена – сомневалась насчет номера квартиры. Больше напутать и усложнить не могла. Через пять минут я получила телефон, Януш был дома, гостиницу заказал, и, сдается, мы вместе поужинали...
После этого, уже второго, опыта милицию я полюбила усердно, добросовестно и надолго. Не то чтобы с полной взаимностью, скажем, с некоторой.
Мне очень жаль, но в голове опять мельтешит полным-полно всяких отступлений, и если от них не отделаться письменно, проку все едино не будет никакого – собьюсь...
Из-за моих милицейских симпатий многие годы мы ссорились с Алицией.
– Как ты можешь их любить, идиотка! – выходила она из себя. – Как только язык поворачивается говорить такое, совсем сбрендила, нашла кого любить – эту банду сволочей!..
– Да при чем здесь сволочи! – кипятилась я. – Приличные доброжелательные люди, всегда помогут! Ты только подумай, какая у них работа: ты, скажем, прешь напрямки через овраги-буераки, лежит баба, мертвая, я увидела – и ходу, мое дело сторона. А они не имеют права, обязаны докопаться, почему там лежит, откуда взялась, кто ее пришил! Обязаны – это их работа! Неважно когда, днем или ночью! Меня бандит не караулит, а их и убить могут!
– Ха-ха! – только и ответила Алиция.
И лишь через много лет я доперла, что говорили мы о разных вещах. Она имела в виду самую худшую и хитроумную часть МВД, а я обычную, работящую, преступников вылавливавшую милицию из Дворца Мостовских и Главной комендатуры. Мои чувства на МВД не распространялись, хотя не исключаю, и там могли найтись люди не совсем деморализованные. Взять того же Ежи – ну вот, пожалуйста, опять Ежи! – Кудась-Брониславского, которого выбросили с работы за книгу о началах Управления общественной безопасности. От чтения первого тома волосы вставали дыбом, а второй изъяли из печати. Жаль, я охотно почитала бы. Пана Брониславского вообще-то я люблю, но сейчас облаю – в те времена он наделал мне неприятностей в качестве представителя по делам печати МВД, при этой оказии скомпрометировал и организацию и весь строй. Нижесказанное характеризует, естественно, не пана Ежи, а нашу систему. Ложь и дезинформация распоясались столь мощно, настолько пронизали все и вся, что обманывали даже своих людей и сотрудников. Я тогда писала
Конец отступления, возвращаюсь к основной теме.
