«Ряженая революция»: и она кончилась.
Эта «глиста» все истощила, все сожрала в кишках России. Ее и надо было убить. Просто убить.
«Верю в Царя Самодержавного»:
Когда Надежда Романовна уже умирала, то все просила мужа не ставить ей другого памятника, кроме деревянного креста. Непременно – только
Не только «почти ничего» (дерево, ценность), но и –
И потом – ничего. Ужасное молчание. Небытие. В этом и выражается христианское – «я и
Христианское сердце и выражается в этом. «Я не только не хочу работать для земли, но и не хочу,
Надежда Романовна вся была прекрасна. Вполне прекрасна. В ней было что-то трансцендентное.
– Может быть, мы сядем в трамвай: он кажется сейчас трогается…
– Ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха!
– Он и довезет нас до Знаменской…
– Ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха! ха!
Да жидов оттого и колотят, что они – бабы: как русские мужики своих баб. Жиды – не они, а оне. Лапсердаки их суть бабьи
«Разврат» есть слово, которому нет соответствующего предмета. Им обозначена груда явлений, которых человечество не могло понять. В дурной час ему приснился дурной сон, будто все эти явления, – на самом деле подобные грибам, водорослям и корням в природе, – суть «дурные», уже как «скрываемые» (мысль младенца Соловьева в «Оправдании добра»); и оно занесло их сюда, без дальнейших счетов и всякого разумения.
Раза три в жизни я наблюдал (издали, не вблизи) или слышал рассказ о матерях, сводничающих своих замужних дочерей. Точно они бросают стадо к… на нее как с… Никогда не «прилаживают к одному», не стараются устроить «уют», хотя бы на почве измены.
Вся картина какого-то «поля» и «рысканья». Удивительно.
Еще поразительнее, что таких жен,
На монетах лицо ее – властительное, гордое. На темени она несет маленькую жемчужную корону (клубочком). По-видимому, хороша собой, во всяком случае «видная». Лицо Антонина Пия – нежное, «задумчивое», отчетливо женственное.
Он – родоначальник добродетелей и философии.
Я знавал двух славянофилов, испытавших эту судьбу. Комично, что один из них водил своего старшего сына (конечно, не от себя) смотреть памятник Минина и Пожарского, и все объяснял ему «русскую историю».
Все это тянется как резинка и никакого индивидуального интереса. Только наблюдаешь общие законы (проститутки).
– Мы – мостовая. Каких же надписей ты на нас ищешь?
Несмотря на важность проституции, однако в каком-то отношении, мне не ясном, – они суть действительно «погибшие создания», как бы погаснувшие души. И суть действительно – «небытие»; «не существуют», а только кажется, что они – «есть».
О девстве глубокое слово я слышал от А. С. Суворина и от А. В. Карташова.
Первый как-то сказал:
– Нет, я замечал, что когда девушка теряет девство (без замужества), то она теряет и
Конечно, он ни малейше не имел в виду обычных нравственных суждений, и передал наблюдение «чтó бывает», «чтó случается», «чтó
Карташов сказал, когда – в их же присутствии – я сказал о двух барышнях типа вечных девственниц (virgo aeterna):
– Ведь они никогда не выйдут замуж: непонятно, почему они или почему вообще
У меня было философское об этом недоумение.
Он ответил:
