Игнорируя собственное изможденное состояние, мальчик вышел обратно на улицу и, хромая, поплелся туда, где должна была прятаться собака. Пес, скорее всего, заметил его приближение, потому что тут же вышел к нему навстречу. Удивительно, что такое простое животное, как беспризорная собака, могло сделать подростка счастливее, но именно пес вернул ему чувство собственной нормальности. Для животного он был не уродом или Мальчиком–который–выжил, а просто Гарри.
Они сидели рядом, и в ночной тишине раздавалось лишь чавканье пса. Очень странно было видеть собаку, медленно жующую сэндвичи, ведь она была бродячей и, вероятно, жутко голодной. Но сейчас Гарри не хотел ни о чем думать. Он слишком боялся потерять нового друга.
Внезапно осознав, что уже очень поздно, Гарри понял, что если сейчас же не сядет за уроки, то вряд ли сможет что-нибудь сегодня успеть. Еще не были выполнены задания по Зельеварению, Истории и Трансфигурации - в общем, по самым сложным и запутанным предметам. Профессор МакГонагалл была строгой и требовательной на уроках Трансфигурации, профессор Снейп - пристрастным и противным на Зельеварении, а профессор Бинс - раздражающе скучным на своей Истории Магии. Не слишком большой стимул для Гарри, чтобы вскочить и бежать доделывать задания.
Ощущение чего-то мокрого, прикоснувшегося к его руке, отвлекло мальчика от раздумий. Посмотрев вниз, Гарри увидел большие синие глаза, встревожено смотрящие на него.
— Знаешь, если ты собираешься слоняться поблизости, мне нужно придумать тебе какое-нибудь имя, — усмехнувшись, произнес Гарри. — Ты не против, если я назову тебя Полуночником?
Пес счастливо гавкнул, вынудив Гарри быстро оглянуться на окна спальни и убедиться, что никто не проснулся. К счастью, лай остался без внимания. Потирая занывшую от резкого движения шею, мальчик повернулся к Полуночнику.
— Нам нужно вести себя тихо, — мягко произнес он. — Я не хочу, чтобы дядя Вернон или тетя Петунья увидели тебя. Они могут наказать меня только за то, что я впустил тебя на газон.
Полуночник сразу зарычал, чем рассмешил Гарри.
— Они мне тоже ничуть не нравятся, — весело произнес он и уже серьезным голосом добавил: — Очень сложно любить того, кто относится к тебе, как к отбросам. Порой я удивляюсь, как мама и тетя Петунья могли бы быть не то что сестрами, а даже дальними родственниками. Мне рассказывали, как добра и умна была моя мама. Как бы я хотел вспомнить что-нибудь о ней. Да почему только о ней, как бы я хотел помнить и маму, и папу. Тогда бы я знал, каково это, когда тебя по–настоящему любят.
Вздохнув и помотав головой, Гарри приказал себе не думать о свое несчастной жизни. От этого на душе становилось гадко, а это последнее, что ему сейчас хотелось. К тому же, в данный момент его должно заботить, как прожить еще целый месяц без большого количества наказаний.
Гарри опять задумался, смотря вдаль, и не обратил внимания на печаль, появившуюся в глазах Полуночника. В этот момент пес понял, что планы его круто изменились. Он услышал слишком много, и теперь у него появились более неотложные дела. Он приложит все усилия, лишь бы этот дурак Дамблдор узнал, что происходит в доме номер четыре по Прайвет–драйв.
На оставшейся неделе почти все время, занятое ежедневными делами по хозяйству, Гарри проводил в компании со своим новым товарищем, Полуночником. Он кормил пса, когда мог, и все свое свободное время проводил с ним. А каждую ночь юный волшебник давал волю своим переживаниям, рассказывая псу о своих мыслях. По какой-то непонятной причине Полуночнику это нравилось.
Гарри сдался через два дня под умоляющим взглядом "щенячьих глаз" и провел пса в свою комнату. С тех пор Полуночник спал у него в ногах. Гарри не мог объяснить, но рядом с большой черной собакой он чувствовал себя защищенным, хотя за её безопасность ему приходилось беспокоиться постоянно — день и ночь. Он помнил, что сказал псу, когда только встретил его. Он сможет вытерпеть любое наказание, но не перенесет, если кто-нибудь другой пострадает из-за него.
Список хозяйственных работ с каждым днем продолжал увеличиваться, и становилось уже невыносимо. Для Гарри уже вошло в привычку дремать на ходу и просыпаться лишь после того, как Полуночник лизнет его руку. Его мышцы всегда болели, он чувствовал постоянную слабость. К тому же, с раздражающим постоянством его бросало то в холод, то в жар. Смотря каждое утро в зеркало, Гарри понимал, что серьезно заболел. Главная проблема была в том, что дяде было на это плевать, и он продолжал требовать своевременного выполнения всего списка дел.
