Если в образе Макхита Гей выделяет черты внутреннего благородства, то в Пичеме и Локите он видит прежде всего людей, развращенных властью, легкой наживой и деньгами. Для Пичема деньги – способ властвовать над людьми и вершить их судьбами. Ради наживы он готов торговать собственной дочерью. Он не против того, чтобы Полли заигрывала и развлекалась с клиентами, но только в интересах дела. Замужество! Любовь! Нет, такие понятия не входят в свод моральных законов мистера Пичема и его жены. Эта почтенная чета советует Полли во всем следовать поведению придворных дам: окружить себя дюжиной поклонников и постараться извлечь пользу из каждого. Но чтобы скрыть свои подлинные стремления, Пичем, как настоящий буржуа, беспрестанно разглагольствует о чести, нравственности и семейном долге: с его точки зрения, надежды и честь семьи навсегда погибнут, если Полли выйдет замуж за любимого ею Макхита. «Предприятие», во главе которого стоит Пичем, отличается широтой и размахом, в него вовлечено огромное количество людей: проститутки обшаривают карманы своих подвыпивших клиентов, воры грабят дома богатых буржуа, разбойники нападают на кареты, пользуясь безлюдностью дорог в поздний час. И все награбленное добро стекается к Пичему – скупщику краденого. Он спарывает монограммы с носовых платков, несколько видоизменяет фасоны платьев и костюмов, отдает в переделку драгоценности, а те, что могут быть легко опознаны, отправляет за границу. Пичем, как правило, не любит называть вещи своими именами – на все у него существуют эвфемизмы: разбой и грабеж – это «профессия», «дело», «занятие»; воры – «джентльмены, рискующие жизнью ради товаров», а награбленная добыча – «плоды их часов досуга». Жизнь человека для Пичема – тоже товар, а убийство – «модное преступление» и «что же делать джентльмену, если без преступления не провернуть дельце?». Пичема никогда не мучают угрызения совести: он совершает такие же преступления, что и министр Роберт Уолпол, который считает себя честным человеком. Как справедливо замечает сводня Диана Хапп, она по уму и способностям не уступит любому политическому деятелю ; разница лишь в том, что она завлекает время от времени в свои сети невинную девочку и губит ее, а государственные мужи порабощают и грабят целые страны и колонии. Так Гей пригвождает к позорному столбу вместе с Пичемом и Робертом Уолполом всю политическую систему Англии начала XVIII века.
