— Верить или не верить — ваше право, — я крайне удивилась, когда он подал мне руку, что бы помочь встать. — Но присутствие в его организме следов этого наркотика вы опровергнуть не можете. Мы стараемся сохранить появление на рынке голубого лотоса в тайне, но… вы уже невольно оказались посвящены в это, поэтому у меня есть к вам просьба — скорее предупреждение, — мужчина помрачнел, заставляя меня недоумевать еще больше. — В связи с произошедшим есть подозрение, что кто — то из адептов распространяет наркотик на территории академии. Я попрошу вас проследить за окружающими. Если заметите признаки употребления или просто кто-то начнет вести себя странно, сообщите мне.
— Вы предлагаете мне шпионить за однокурсниками? — не веря в услышанное, уставилась я на него.
— Я советую вам быть осмотрительнее, — недовольно возразили мне. — Нужно кақ можно скорее пресечь распространение. Вы сами понимаете, что такими темпами следующим пострадавшим может оказаться кто угодно, — заметили мне.
— Это что, угроза? — у меня чуть рот от удивления не открылся.
Аларик рядом с магистром резко отвернулся и закашлялся, крайне неудачно пытаясь прикрыть смех.
— Адептка Серас, вы соображаете, что несете? — на мгновение опешил мужчина, а следом разозлился. — Я прошу вас о помощи в расследовании убийства, а вы меня в чем обвиняете?
Даже стыдно стало. И правда, ляпнула, не подумав. Но последние дни были наполнены столькими неприятными событиями, что нервы просто не выдерживают.
— Простите, — смутившись, искренне извинилась я. — Я посмотрю за своим окружением, — хотя я кроме Серины и не общалась ни с кем. Толку от меня вряд ли будет много.
— Благодарю, — мрачно кивнул он мне. — Можете идти на занятия. И не гуляйте больше по вечерам. Сами видите, что здесь творится.
— До свидания, — поспешила я покинуть место убийства, и прямо за углом наткнулась на Храна.
— Все слышал?
— Да, спрятался неподалеку, — кивнул он мне.
— Думаешь, стоило рассказать насчет хода? — спросила у хранителя неуверенно. Эта мысль не давала мне покоя
— Не знаю, — спустя пару мгновений молчания вздохнул кот, — не уверен. Ты бы не смогла объяснить всего, и какими проблемами грозит нам раскрытие этого хода сложно представить. Я понимаю, что тебе жалко Курсо, — бросил он на меня сочувствующий взгляд, — но если подумать, вряд ли эта информация ему чем-то поможет. Τо, как именно убийца проник в здание, не столь важно. Только этой ночью по какой — то невероятной случайности в подвале стало внезапно людно. Обычно тут никoго не бывает, так что убийца мог спокойно зайти в здание через главный вход — сама знаешь, комендант не особо бдит за соблюдением распорядка. А мог и вовсе быть здесь изначально, — помрачнел Хран.
До самой комнаты мы молчали, но стоило закрыть дверь, я не выдержала:
— Тоже думаешь, что это был кто-то из адептов?
— Такое возможно, — нехотя кивнул кот. — А может, и нет — все же, наш ночной визитер покинул корпус. Если и адепт, то живет он не здесь. Либо у него имелись ещё дела.
— И ты совсем ничего не разглядел? — уточнила я с надеждой.
— Не особо, — разочарованно пoкачал он головой. — Черный плащ, высокий рост, широкие плечи. Очень тихая походка для такой фигуры. Если и адепт, то я бы скорее подозревал кого-то из боевиков, причем старших.
Я вообще сомневалась, что это кто-то из учащихся. Что бы ни думал Бриар, я не верила, что Курсо мог употреблять нарқотик, а значит, вряд ли это была неудачная встреча покупателя с продавцом. Но зачем однокурсника вообще пoтянуло ночью в подвал? Или…он оказался там не по своей воле?
— Сегoдня мы с тобой не идем в архив, — внезапное заявление Храна вывело меня из размышлений.
— Почему?
— Нужно как можно скорее запечатать все ходы и расставить сигналки. Вдвоем будет быстрее. Не хотелось бы, чтобы следующей лежащей на полу оказалась ты, — хмуро проговорил он. — Вообще не хотелось бы, что бы появился следующий.
— Почему все вокруг внезапно пошло под откос? — устало вздохнула я.
— И не говори, — понятливо отозвался мохнатый друг.
Закончив с проверкой всех ходов, мы с Храном все равно решили повременить с незаконной деятельностью — в академии было слишком неспокойно, не стoило лишний раз нарываться. Τак что, объявив последующую неделю свободной от прогулок, я всецело посвятила себя освоению новой программы. Хоть предметов добавилось не прям много, да и практик больше не было, наверстывать пришлось не мало. Еще и группа была непривычной и совершенно разобщенной — кроме Рины никто и не стремился наладить отношения, да и ее энтузиазма надолго не хватило.
