Удивительно, но непрошеный дух авантюризма оказался прав — это действительно оказался ход наружу. Ледяной ветер, стоило приоткрыть дверь пошире, тут же ворвался и, заглянув под халат, прошелся по озябшим ногам. Я, поежившись, пожалела, что не сообразила накинуть плащ, и огляделась в попытке понять, куда выводит дверь. Судя по знакомому пейзажу, прятался этот выход где-то под моим окном. Снаружи дверь выглядела точь-в-точь как кладка стены и закрытой была, скорее всего, совершенно не заметна. Если не знать, ни за что и не найдешь. Интересно, кому понадобился такой ход? Вряд ли это было задумано основателями академии. Хотя, вполне возможно, до академии тут было что-то еще.
Вернувшись в коридор, я быстро осмотрела дверь и со вздохом облегчения нашла две небольших задвижки, сверху и снизу. Потайной ход, это, конечно, прекрасно, но только если ты точно знаешь, как закрыть его от посторонних.
Вторая дверь выглядела куда интереснее — с массивной ручкой, украшенная резьбой и изящной ковкой. За ней обнаружилась ещё одна лестница, ведущая дальше вниз. И вот там…
Лаборатоpия зельевара. Настоящая, большая и прекрасно оснащенная. Необъятное количество колбочек, склянок со всякими травами и веществами, изящные весы, набор мерных ложек, штативы и ещё множество инструментов, о назначении которых я пока только догадывалась — и все это изрядно припорошено нетронутой пылью. Широко открыв рот от восторга и изумления, я ступила внутрь комнаты, чтобы тут же нервно вздрогнуть от внезапно зажегшихся на стенах факелов.
— Артефакты, — успокоила я себя, оглядываясь.
Лаборатория сама по себе была удивительной и невероятной находкой, открывающей столько перспектив. Но это ещё было не все — на противоположной стене виднелась арка, ведущая в другое помещение, а там…библиотека. Несколько десятков стеллажей, ужасно пыльных, но под завязку забитых книгами. Подойдя к ближайшему, я осторoжно стерла грязь с корешка одного из явно старинных томов и прочитала: «П. Стравелли. Травы и снадобья. Справочная энциклопедия. Том 5 — дополнительный».
Невероятнo! Это же настоящий клад! Я знала эту книгу, в библиотеке академии имелись четыре тома этого сборника. Но нигде даже не упоминалось, что существует пятый том! Прошлась, оглядывая полчище книг, судя по названиям, относящихся к травам, породам и веществам.
Чуть дальше между стеллажами виднелся высокий каменный постамент, а на нем раскрытый фолиант. Но стоило чуть приблизиться, и я едва снова не потеряла сердце в пятках. Над раскрытой книгой возвышалась чья-то тень. Я застыла, боясь даже вдохнуть. Но прошло несколько мгновений, а тень так и не пошевелилась, так что я решила подойти ближе. Хватило пары шагов и светляк в моей руке, наконец, осветил непонятное существо, оказавшееся статуей…кота. Крупного, как и все вокруг хорошенько припорошенного хлопьями пыли, усевшегося на постаменте за книгой. Странная статуя, потому что вся его поза говорила о том, что это именно он положил сюда книгу и теперь внимательно ее читает. Даже лапу на страницу положил, будто перелистнуть собирается.
А вот книга меня заинтересовала — она не выглядела частью композиции и была настоящей книгой, а не каменным изваянием. Наверняка она не просто так оказалась в центре. Заглянув коту через плечо, я разочаровалась, потому что за слоем пыли на бумаге не виднелось ни единой буквы.
Стирать грязь руками в этот раз я не решилась — кто знает, сколько она здесь пролежала, вдруг бумага просто рассыплется от малейшего прикосновения. И в голову мою пришла гениальная мысль — попытаться сдуть хотя бы верхний слой, чтобы разглядеть, есть ли здесь вoобще текст.
Удивительная глупость для человека уже несколько месяцев изучавшего алхимию. Сама не понимаю, как мне взбрело это в голову. Но, очевидно, это оказалось ужасной ошибкой.
Клубы пыли тут же взвились в воздух, забивая нос, рот и глаза. Я отскочила и зашлась в кашле пополам с чиханием, принявшись судорожно тереть лицо рукавами, но становилось лишь хуже. Глаза неимоверно защипало. Тут уже не до таинственных библиотек и лабораторий — выбраться бы целой!
Щурясь слезящимися глазами, я нащупала стену и стала пробираться к выходу. Глаза постепенно застилал туман, то ли пыли, то ли слез, и с каждым мгновением резь в них становилась сильнее. Почти не видя ничего вокруг, я просто чудом добралась до комнаты. Но уже на выходе запнулась о небольшoй порожек и в который раз за этот вечер с грохотом упала. Последнее, что я заметила, прежде чем влетела головой в пол, это закрывающийся проход и мелькнувшее рядом белое пятно, а дальше пришла спасительная темнота.
