Британец оказался без сознания. Из рассеченного лба сочилась кровь. Ларсен, белый как полотно, взирал на учиненный разгром. На шум прибежали два его помощника, засуетились, пытаясь разобрать завал. Голицын с помощью Верещагина перетащил Рейли на диванчик под фикусом.
– Что вы стоите столбом! – рыкнул он на Ларсена. – Принесите что-нибудь, надо остановить кровотечение…
Спустя несколько минут беглый шпион наконец очнулся и затравленно оглядел встрепанных «совят». Потом ощупал повязку на голове, взял предложенный Верещагиным стакан с водой, глотнул и тут встретился взглядом с антикваром.
– You’re narc me out, scoundrel![20] – гневно прошипел он.
– На что же вы рассчитывали, Лембовски? – усмехнулся Голицын. – Неужели рискнули бы сесть на паром до Стокгольма?
– Зачем же в Стокгольм? – искренне удивился британец. – Я бы уехал в Ригу или Таллин, а потом спокойно вернулся в Петербург.
Теперь настал черед шипеть Андрею. «Действительно!.. Вот же олух!.. Как раньше-то не догадался?! Ему совершенно незачем уезжать, он нужнее именно здесь, в России! С его-то связями и оборотистостью!.. Но тогда что же с ним делать?..»
Рейли пил мелкими глотками воду и с улыбкой наблюдал за умственными мучениями Голицына, ясно проступавшими на его лице. Верещагин непонимающе переводил взгляд с одного на другого. И тут Голицына осенило. Он понял, как можно вывести британца из игры, не сорвав основную операцию.
– Вызывай наших, – обратился он к Верещагину, – обеспечьте через Виртанена транспорт для задержанного и билеты на поезд до Петербурга.
– Мы его повезем в обычном купе?!
– Ну да. Прокатим напоследок господина Лембовски. А то ведь потом ему долго такого не видать.
– Вы уверены, что я снова не сбегу? – с ноткой превосходства спросил Рейли. – Друзей у меня много!..
– А кто вам сказал, что мы отвезем вас в тюрьму? – почти весело поинтересовался Голицын.
– Ну, не расстреляете же вы меня?
– Нет, конечно. Хотя и очень хочется. Мы вас, Лембовски, поместим на одну из наших… секретных баз, где вас никто не будет искать. Там и посидите до суда.
– Но моим исчезновением тут же заинтересуются! У вас ничего не выйдет!..
– Посмотрим, Лембовски. Еще не вечер!.. Кстати, раз уж у нас такой душевный разговор, хочу спросить, так, из чистого любопытства: кто же все-таки помог вам в 1904 году в Люйшуне добыть планы оборонительных сооружений – Залесский или Иванович?
– А почему это вас вдруг заинтересовало, мистер Голицын? – прищурился Рейли. – Столько лет прошло, дело давнее?..
– Так ведь в вашем освобождении принимал активное участие некто Иванович, только младший, сын того самого штабс-капитана люйшуньского пехотного полка…
– Ага. Красивая была комбинация! А штабс-капитан – увы, жертва обстоятельств. Оказался в неподходящем месте в неудачное время. Грех не воспользоваться таким подарком судьбы…
– Значит, все-таки ваш помощник – Залесский! – в сердцах выдохнул Андрей. – Я тогда не ошибся. А бедняга Иванович просто застукал вас обоих!..
Англичанин выразительно возвел глаза горе и молча развел руками, дескать, извини, приятель, так вышло.
– В машину его! – сердито приказал Голицын.
Когда Рейли увезли, он указал хозяину магазина на стул, сам сел напротив и сказал:
– У вас, Ларсен, теперь только один способ сохранить свое положение – сотрудничество с нами.
– Я уже и так сделал больше, чем мог себе позволить! – вскинулся швед.
– Отчего же? Ваш… коллега, господин Ларсен, арестован, его можно не бояться. А вот чтобы мы смогли закончить важнейшее дело по раскрытию заговора против империи и государя императора, необходимо, чтобы вы дали парочку важных телеграмм.
– И куда же?
– Одну – в Лондон, что Рейли благополучно вернулся инкогнито в Россию и продолжает порученное ему дело. А другую – в Петербург, о том, что он благополучно отправился в Лондон для получения новых инструкций. Пока сообщники и хозяева Рейли выяснят, что он пропал, мы успеем закончить все, что задумали.
– Я не могу так поступить!
– Почему?
– Меня просто убьют…
– Ну, уверяю вас, теперь сделать это будет затруднительно. Необходимую защиту мы вам обеспечим, вы останетесь на свободе и продолжите любимое занятие – торговлю антиквариатом. Ну как?
– Я согласен, – тихо обронил швед после минутного колебания.
– Ну и славно! Идемте… – И Голицын ободряюще похлопал его по плечу.
Но радость от успешной поимки старого врага оказалась преждевременной. Едва Голицын переступил порог своего кабинета на Шестой линии, раздался телефонный звонок.
– Говорит адъютант генерала Соболева. Его высокопревосходительство ждет вас немедленно, господин капитан.
