Медальон Слизерина и диадема Райвенкло были торжественно извлечены из Тайной Комнаты и помещены на почетное место в кабинете директора. Оставалось найти чашу Хаффлпафф, в которой тоже мог быть заключен крестраж. Но тут поиски застопорились. В воспоминаниях Дамблдора, хранившихся в его кабинете, было упоминание о том, что чаша принадлежала некоей Хепзибе Смит, которая умудрилась и медальон Слизерина купить буквально за гроши. Будущий лорд Волдеморт эту даму навещал, более того, именно после его визита дама и преставилась. Медальон он явно именно тогда прибрал, так что чаша в его руках тоже побывала. Но вот куда дел? И подвергался ли тот крестраж дополнительным манипуляциям, как медальон? Кроме того, по-прежнему было неизвестно, кто убил Розмари Фэйрфакс. – Все-таки я ставлю на Беллатрикс, – вздохнул Барти. – Между исчезновением Лорда, пытками Лонгботтомов и арестом Лестранжей прошло достаточно времени. – Тут возникает вопрос, знала ли Беллатрикс о существовании нас с матерью, – вздохнула Кэролайн, – но думаю, что стоит получить свидание с этой женщиной. Моя мать дурой не была, вряд ли она кричала на всех перекрестках о цели своего приезда в Лондон. Но могла и проболтаться ненароком. Или же встреча была абсолютно случайной. В том же банке. Да где угодно. Обращаться за помощью к сторонникам отца она бы не стала, слишком щекотливое дело. Другое дело, что она могла и не знать их. – Лестранжи никогда не скрывали своих взглядов, – заметил Снейп. Оставалось только спросить саму Беллатрикс. Получить свидание с заключенной Лестранж оказалось просто. Не надо было даже отправляться в Азкабан. Для леди Слизерин теперь было доступно многое. Беллатрикс доставили в аврорат. На встречу пришли Блэки, кроме Сириуса, Люциус и Нарцисса и Кэролайн с мужьями. От Барти Кэролайн знала, что заключенные защищались от дементоров с помощью окклюменции, которой Пожирателей учил Темный Лорд. К тому же Беллатрикс вымыли перед встречей. Но все равно былая красавица представляла собой жалкое зрелище. Она узнала почти всех присутствующих, презрительно фыркнула на Барти и Северуса. Едва удостоила взглядом отца и сестру. И потрясенно уставилась на Кэролайн. – Мой Лорд? – пробормотала она. Глаза Кэролайн полыхнули красным. – И да, и нет, – ответила она, – лорд Волдеморт — мой отец. И я полностью наследую ему. На левом предплечье Беллатрикс налилась тьмой метка. – Отец... – пробормотала Беллатрикс. – Отец... дочь... – У меня была еще и мать, – напомнила Кэролайн, – ее звали Розмари Фэйрфакс. Губы Беллатрикс презрительно изогнулись. – Розмари Фэйрфакс... – повторила она. Кэролайн закусила губу, церемониться с этой женщиной она не собиралась. Снова воздействовав на метку, она применила легиллименцию. Что-то она сумела увидеть, что-то прохрипела Беллатрикс. Все было ясно. Догадка о деятельности Мариуса Блэка оказалась верной. Маленькая Беллатрикс хотела всего и сразу, а долго учиться, проходить мучительные ритуалы и посвящения совсем не желала. Ее родителям и в голову не могло прийти, что дочь втихаря практикует вещи, для которых была еще слишком мала. А Мариус поддерживал стремления наивной ведьмы, подкидывая ей «интересные» книги. Результаты не замедлили сказаться. Красавица Беллатрикс начала сходить с ума. Ко времени замужества процесс уже стал необратимым. Метка Темного Лорда положение только усугубила. К тому же, Беллатрикс встретила мужчину своей мечты. Муж и его брат обеспечивали ей секс, но духовной близости там не было. Леди Лестранж жаждала Тома Риддла. О бывшей любовнице и ребенке своего кумира она знала. Розмари она презирала от всей души, но при этом до истерики ей завидовала. Ведь у нее была частица самого Повелителя, его дочь. Среди особо доверенных лиц Волдеморт иногда бывал откровенным. И мог похвалиться успехами дочери. Чувств Беллатрикс он не понимал. Одержимость его скорее отталкивала, чем привлекала. Он недооценивал женщин. Тем более таких, как Беллатрикс. О том, что Розмари хочет получить наследство бывшего любовника, Беллатрикс узнала случайно. Услышала обрывок разговора в холле Гринготса. Похитить и допросить Розмари было легко. Та особо и не скрывала своих планов, считая, что имеет право на деньги и наследство для себя и дочери. Ее смерть оказалась страшной. Беллатрикс было мало просто убить соперницу и, как она считала, предательницу. Труп был выброшен в Лютный. Обломки волшебной палочки добавили, чтобы облегчить опознание. Беллатрикс было важно, чтобы о смерти Розмари знали. О том, что могло случиться с дочерью Повелителя, она не думала. Участь девочки ее не интересовала. Возможно, если бы Розмари не решила подстраховаться и сперва самой навести справки, а привезла с собой в Англию Кэролайн, то Беллатрикс убила бы и девочку. И дело было не в том, что в жилах Кэролайн текла кровь Волдеморта, а в том, что ее родила другая женщина. Не Беллатрикс Лестранж. Кэролайн стиснула зубы. Участь Бэллы была решена. Тем более что в ее воспоминаниях промелькнула отданная на хранение чаша Хаффлпафф. Ведь для освобождения крестража была нужна жертва.
