Они поднялись ещё на два этажа и везде одна и та же картина. Лестница вела дальше вверх, но они решили рискнуть. Пройдя по коридору третьего этажа, им так никто и не встретился. Даже за дверями не было звуков. Они спокойно дошли до холла с большими окнами и выглянули из окна, с прозрачной занавеской.
За окном раскинулся провинциальный город. Были видны только несколько улиц, дальше из шапок деревьев выглядывали только столбы фонарей и несколько административных зданий.
Улицы, которые было видно, были почти пустыми. Несколько человек, две собаки, мальчик в шортах на велосипеде и жёлтый «Москвич» припаркованный возле дороги. Для каких-то выводов, было слишком мало информации.
- Что за ерунда?
Егор уже начинал нервничать от того, что вокруг ничего не происходило.
Они решили поискать открытую дверь на этаже.
Разделившись на две стороны, они стали дёргать ручки дверей и сразу обоим повезло. У Егора оказалась кладовка со швабрами, вениками и вёдрами, а Максим открыл дверь в кабинет с двумя столами и шкафами для бумаг.
Он аккуратно заглянул, на всякий случай, постучавшись, но сразу понял, что в кабинете никого нет. Егор подошёл к нему.
Зайдя внутрь, он оставил дверь приоткрытой и стал возле просвета, чтобы контролировать коридор, а Максим начал осматриваться.
Это был кабинет, каких то специалистов, но не начальства, всё было скромно, но чисто и уютно. Два стола, стоящие возле разных стен, несколько стульев, два возле столов и три у стены, шкаф с бумагами и вещевой шкаф стоящие рядом. Возле входа пустая вешалка для верхней одежды, под ней две пары комнатных тапочек и большое зеркало в деревянной раме. Тапочки были женские, поэтому сомнений, что в кабинете работали две женщины, не было. Стены были покрыты листами фанеры, с дизайнерскими пазами между квадратных листов, обработанными светлой морилкой. Паркет, натёртый до блеска, а на огромных окнах прозрачные занавески.
Максим сразу пошёл к столу, стоящему возле окна. На нём лежала стопка бумаг и перекидной, настольный ежедневник. На развороте стояла дата, 21 июля 1973 года.
Он не сразу поверил в увиденное им. После эффектного перемещения в потоке света, Максим, был почти уверен, что машина времени действительно работает, но когда сам лично, увидел подтверждение этому, немного растерялся.
Он помахал Егору, чтобы тот посмотрел. Прикрыв дверь, полковник подошёл к Максиму и глянул на лист ежедневника.
- Вот ёшкин кот! Мы реально в прошлом.
Пока что, ничего не говорила об обратном. Егор был старше Максима на пять лет, он родился в 1976 году, через три года, после этой даты. Его детство прошло в атмосфере 70-80х. Даже выглянув в окно холла, и не увидев ничего особенного, он всё равно окунулся в атмосферу своего детства. Егор, конечно, не сказал об этом Максиму, делится чувствами, военные люди не приучены, но это было так. Увиденная дата, просто поставила жирную точку, в его смутных сомнениях.
Ежедневник был открыт на днях, пятница и суббота. Пятница была исписана планами на день, до половины страницы, суббота содержала одну запись. Максим перевернул страницу. Воскресный лист был пуст, а на понедельник снова начинался ворох планов.
- Скорее всего, сегодня воскресенье.
- Везение, по-другому не скажешь.
Егор подошёл к окну. Отсюда открывался другой вид. Окна кабинета смотрели на проспект, а вдалеке, за зелёным покрывалом из листьев деревьев, виднелись купола большого храма. По проспекту гуляли люди, ездили машины и ходили автобусы. Сомнений, что это был семьдесят третий год не осталось. Сразу бросился в глаза жёлтый автобус «ЛуАЗ», с круглыми фарами. Такие автобусы давно не ходят по современному городу. Последние гремящие и дымящие пережитки прошлого, убрали с улиц ещё двадцать лет назад, а этот был новенький и смотрелся очень гармонично, между проезжающих мимо Газонов, Москвичей, Волг и Жигулей. Движение было несравнимо меньше, чем в современных провинциальных городах. По пустой улице в один момент ехали не больше десяти машин.
Сразу за улицей начинался парк, но за шапками деревьев его было плохо видно с третьего этажа. Люди сворачивали на аллею, пропадая под листвой деревьев, и появлялись другие, выходя на тротуар проспекта. Мужчины и женщины с детьми напоминали людей, сошедших со снимков родительского фотоальбома. Брюки клёш, острые воротники рубашек, усы, нелепые причёски. Дети в простых шортах, майках и сандалиях. Девушки и женщины в одежде из журнала «Бурда моден».
Егор стоял и не мог перестать смотреть, будто оказавшись в молодости своих родителей, который знал, только по пожелтевшим фотографиям.
Максим аккуратно порылся в документах на столе и нашёл приказ с реквизитами.
«НИИПХ, г. Сергиев Посад»
- Да. Мы в институте профессора.
Максим показал документ Егору. Документ был напечатан на машинке, на желтоватом листе и подписан размашистой подписью.
- Ясно. Хотя бы знаем, где мы и когда.
