Операция «Переброс» полностью

Тот самый день не задался для Артёма с утра. Для начала он не выспался, потому что ночью выли и заходились лаем собаки. Откуда столько собак в практически пустующем посёлке, понять было совершено невозможно, но стоило только задремать, как они, словно нарочно, начинали с утробного низкого воя, как по покойнику, потом переходили на истошный лай – и вдруг замолкали разом. Артём вскидывался, пялился заспанно на полную луну в окне, ругался про себя матерно и падал на подушку обратно. Сколько раз за ночь – бог весть, но не раз и не два. А утром в окно кто-то настойчиво и нагло постучал. С трудом продрав глаза, Артём натянул штаны (даже сельская простота нравов имеет свои пределы) и пошёл открывать. Рефлекторно глянув, на месте ли стоящий у входа топор, отодвинул тяжёлый засов и открыл скрипучую дверь. На заросшем давно не кошенной травой дворе никого не было. Стук повторился – такой же уверенный и требовательный – так стучат милиционеры и прочие Право Имеющие. Тупо уставившись на пустое пространство двора (надо выкосить уже, безобразие), Артём не сразу сообразил, что звук идет сверху, – на карнизе чердачного окошка сидела огромная чёрная ворона и долбила клювом в раму. «Вот гадство! – сказал он птице страдающим голосом. – Какого тебе чёрта в семь утра? Тоже мне дятел… Пошла вон!» Ворона с равнодушно покосилась чёрной бусиной глаза и снова – тук-тук-тук! Артём махнул рукой и пошёл варить кофе – ложиться спать было уже как-то глупо.

Текст накануне не шёл, настроение было ни к чёрту, мобильный Интернет, единственно доступный вне города, выдавал нитевидный пульс и дыхание чеин-стокса – «доктор, мы его теряем…». А между тем сериалы на планшете подошли к концу… В общем, вчерашний вечер завершился постыдным злоупотреблением крепких напитков в одиночестве. Это придавало полубессонной ночи и раннему подъёму особые оттенки похмельного трагизма, который усугублялся необходимостью ехать в город – продукты заканчивались, а кофе оставалось вообще на один раз.

В город не хотелось. Будучи одиноким холостяком, мизантропом и даже слегка социопатом, Артём купил под дачу за сущие копейки деревенский дом в месте действительно глухом – выморочная деревня, где доживали свой век с полдесятка сельских пенсионеров, отделённая от цивилизации условно проезжими просёлками. Теперь тишина была его лучшим другом, а людей он видел хорошо если раз в неделю, в магазине. Коммуницировать с миром он предпочитал письменно, нынешняя работа не требовала присутствия нигде, кроме Интернета, и это был такой маленький Артёмов кусочек счастья. Теперь его всё устраивало, спасибо. Он долго шёл к такому образу жизни, оставив в прошлом бурные события сложной и далеко не однозначной юности, и теперь наконец-то зажил ровно так, как всегда хотел – тихо-тихо. Ну и, разумеется, это не могло продолжаться долго – Мироздание тщательно следит за тем, чтобы каждый человек огребал свою порцию проблем вовремя, и очень не любит тех, кто отлынивает от раздачи.

Открывая покосившиеся воротины (самую прочную часть символического, по большей части, забора), Артём обратил внимание, что на крыше уже сидит штук пять удивительно крупных ворон – или воронов? Чем они, вообще, отличаются? Эти были чёрные и какие-то очень уж здоровенные, раньше он таких не видел. Но хотя бы стучать в окно перестали. Уже выезжая со двора, заметил, что на заборе ближайшей соседки – бабки Пелагеи, милейшей пожилой женщины, снабжавшей его козьим молоком и домашними яйцами, – чёрных угрюмых птиц сидело едва ли не два десятка. «Может, перелётные какие? – неуверенно подумал Артём. – Присела стая передохнуть…» Хотя в словосочетании «перелётные вороны» было что-то определённо неправильное.

В город он отправился кружным путем, проселками, выводящими на пыльный, разбитый грузовиками грейдер, – чтобы въезжать не через пост ГАИ. А ну как остановят? Похмелье всё же давало о себе знать, лучше не рисковать. Несмотря на будний день, дороги были абсолютно пусты, и, не будь Артём настолько удручён физиологическим дискомфортом посталкогольного состояния, его бы это удивило и насторожило. Но так уж вышло – он просто не обратил ни на что внимания.