Подполковник, однако, не замечал мирной красоты этого солнечного сентябрьского утра, занимавшегося над партизанским краем. Мысли его были далеко отсюда. Вчера пришло сообщение из Банской Бистрицы, что решением Словацкого национального центра и главного партизанского штаба он назначен командиром оборонительного района, в котором действовал отряд «Вперед». Это назначение не то чтобы напугало Морского. Его тревожила обстановка, сложившаяся в данном районе, да и во всей республике. Немцы начали оккупацию Словакии, чтобы разом покончить с восстанием, которое с каждым днем принимало все больший и больший размах. Не сегодня-завтра гитлеровцы заявятся сюда. Нынешней ночью на ближайшую станцию прибыла эсэсовская маршевая часть. Каковы ее цели? Бросят ли ее немцы на фронт или против партизан?
- А силенок-то у нас маловато… Ох, маловато… - Морской даже не заметил, как произнес эти слова вслух.
Они со Светловым уже спустились с холма и очутились на чистеньких улицах небольшого уютного села Зазриво. Непривычный запах домашнего жилья, свежеиспеченного хлеба ударил в нос, и командир с удовольствием втянул в себя воздух.
- Отвык я от всего этого, чертовски отвык, - медленно проговорил он. - Ну ничего, недолго уже осталось… Вот разделаемся с фашистской сволочью - наверстаем упущенное. Так ведь, Николай? - Он заговорщически подмигнул Светлову и предложил: - Давай заглянем сперва в корчму. Пивка выпьем, с людьми погутарим, последние новости послушаем.
Село Зазриво входило в повстанческую зону, но сейчас здесь не было ни повстанцев, ни партизан, ни немцев. Учитывая это обстоятельство, Морской решил лично сделать разведку, узнать настроение местного населения, его отношение к партизанам. Он знал, что зазривский полицейский участок во главе с начальником полиции помогал повстанцам и партизанам чем мог, и рассчитывал с их помощью завербовать в свой отряд добровольцев.
В этот ранний утренний час народу в корчме было немного. Хозяин дремал за стойкой. Несколько человек компанией расположились в дальнем углу зала.
Морской со Светловым взяли по кружке пива и устроились за одним из столиков в центре корчмы, за которым сидел молодой парень в кожаной тужурке, увешанный оружием.
- Партизан, что ли? - обратился Светлов к соседу.
Парень поднял голову и оторопело уставился на Морского, одетого в форму офицера Советской Армии. Тряхнув головой, словно пытаясь отогнать от себя наваждение, он привстал со стула, поздоровался.
- Давненько я не видел родной формы… Русский я, кадровый старшина…
- А где сейчас?
- В отряде Лебедя воюю… Товарищ подполковник, как ты думаешь, вернут мне старое звание аль нет?
- Кто его знает?… Может быть, и вернут, а может, и рядовым пошлют… Куда попадешь… Многое от этого зависит…
- А бис с ним, согласен хоть самым что ни на есть последним рядовым, только б убраться отсюда…
- А что так? - спросил Морской, пристально осматривая одежду и оружие парня. - Чем ты недоволен, коль заседаешь в корчме, как нарком. Одежка на тебе справная, вооружен так, что зараз в бой, и кроны, видать, водятся…
- Кроны есть, грешить нечего, - недовольно проговорил парень. - И жратвы хватает, и питья вдосталь…
Чувствовалось, что накипело на душе у парня. Хочется ему поделиться с кем-нибудь своими сомнениями.
- Слушай, подполковник, возьми с собой в часть… Христом-богом тебя прошу!
- Подумать сначала надо, чудак человек… А скажи, ты случайно не знаешь Николая Чередниченко?… Слыхал я, что он в вашем отряде был… Тут один его знакомый просил меня разыскать… - Морской пытался что-нибудь разузнать о засланных шпионах.
- А хто его знает, может, и есть… Я всех не знаю…
- Кто у вас командир?
- Лебедь… Кличка это или фамилия - не знаю…
- Снабжение откуда получаете?
- Сами промышляем…
- Грабите, значит…
- Не грабим, а берем, что нам нужно, как говорит наш командир. Снабжения мы ниоткуда не получаем, что ж нам делать?! Понимаю, не очень это… красиво. Чувствуешь себя другой раз разбойником каким-то, да ведь выхода нет.
- Насчет разбойников верно гутаришь… Негоже нам, русским, братьев своих, словаков, обирать… Сам-то ты откуда? Звать как?
- С Украины. Митрий Коваленко, - хмуро проговорил парень. - В плен попал год назад… Удрал… Прибился к партизанам, радешенек был, да вот не довелось еще ни разу в фрица пальнуть…
- Чего ж так? - удивился Морской. - Кажись, немцы еще не перевелись на словацкой земле.
- А кто его знает? Командир говорит, не время пока, сил поднакопить надо. А куда их копить, бес его замордуй, так и война кончится. Что я диду скажу? В первом бою в плен попал, год в лагере загинался, а потом тут вот, в горах, воздухом дышал да пиво пил!…
- Добавишь еще, что словаков грабил. Смотришь, дид твой и обрадуется…
- Дида не трожь, подполковник, один он у меня… Правильный дид, еще в гражданскую немцев рубал, - сверкнул глазами парень. - И я не грабитель! К своим я, к партизанам шел, а не в банду грабителей… Воевать хочу, пойми ты это за-ради бога! А что не бью катов немецких, так нет в том моей вины!…
