Операция «Тайфун» полностью

– Вот летчики! Везде одинаковы. В любом возрасте и звании. Увидите новый самолет и сразу как в детство впадаете. Конечно, дам. Как я могу отказать генералу, командиру дивизии и просто хорошему человеку Захарову Георгию Нефедовичу в возможности полетать пассажиром!

И, приблизив голову к голове Захарова, продолжил:

– Георгий, по секрету скажу. Это первая ласточка. Поверь мне, ты тут еще такие самолеты увидишь! Я список видел.

– Ты…

– Обещаю! На всех, где есть место второго пилота, ты полетаешь вне конкурса. Мы ж спирт с тобой пили? Ну вот! Коррупция, мать ее! Куда деваться?

Если в первый день еще не весь аэродром знал, что на дальней стоянке появились новые самолеты, тем более что их сразу после установки крыла накрывали масксетями, то на следующий день это услышали все. И не только на аэродроме. Союзники поставили на стоянке наклонную стальную плиту с жаропрочным стеклом посредине. Называлось это газоотбойником и позволяло через стекло видеть процесс работы форсунок двигателя на разных режимах работы. Когда в первой половине дня послышался тонкий свист, никто не понял, что это и откуда. Но потом свист перешел в рев, покрывающий всю округу. И вот это услышали уже все. А после обеда незнакомый голос в эфире запросил у руководителя полетов разрешение на пробежку по ВПП. Разрешение было дано, и на дальний старт выкатился серебристый самолет. Двигатель его набрал обороты, сдув и растопив позади себя снег до земли, летчик отпустил тормоза и самолет, качнувшись, начал разбег. Оставляя позади себя снежный шлейф, самолет быстро пробежал полтора километра полосы и, затормозив, повернул на рулежку. На повороте струей газов турбины снесло все, что стояло лишнего и не закрепленного вдоль рулевой дорожки, включая слишком близко подошедшего бойца из охраны аэродрома. Хорошо, что отделался всего лишь испугом, прокатившись кубарем по снегу.

С этого дня дальняя стоянка стала местом массового интереса всех не занятых службой и учебой летчиков, техников и просто зевак из всех БАО аэродрома. Обычный караул батальона охраны не смог бы, наверное, сдержать любопытных, но стоянка с первых же часов была взята под охрану подразделением НКВД, и пройти на нее могли лишь лица из утвержденного списка. Захаров в нем присутствовал.

Взлетел первый реактивный самолет утром на следующий день после пробежки. В первый полет Захарова не пустили. Самолет взлетел и просто выполнил несколько кругов на разных скоростях по «коробочке». Это уже спрятать было невозможно. Особый район был набит гражданскими и бойцами 20-й армии под завязку, и выделить безлюдную зону для полетов было невозможно. Захаров осторожно поинтересовался у своего знакомого насчет секретности и сохранения тайны. Как это понималось им.

– Знаешь, Георгий Нефедович, когда вообще все это начиналось, мы, то есть те, кто сейчас находится с этой стороны Портала, в СССР, поинтересовались этим вопросом у соответствующих должностных лиц. И знаешь, что я понял из ответа? Наших «молчи-молчи» волнует лишь вопрос секретности с той стороны. И поверь мне, там все это делается с должным тщанием и старательностью. А здесь российскому руководству, похоже, насрать и на Германию с Гитлером, и на Англию с Черчиллем, и на Рузвельта с США. Я опускаю уж тех, кто пожиже и троны которых пониже. Это оставляется на ваше усмотрение. Мне кажется, я подчеркиваю – мне кажется, заимеет острое желание Иосиф Виссарионович избавить мир от всех мной вышеперечисленных и заплатит соответствующие деньги России, и в один из дней прикатится сюда комплекс «Тополь» с ракетой, у которой подходит срок окончания эксплуатации, и не станет на планете Земля десятка городов в странах, где правят эти люди. Вопрос лишь в том, как вам потом жить на этой планете. Я не про нравственные терзания. Американцы вон раздолбали два города в Японии первыми же экземплярами ядерных бомб, а японцы теперь верят, что это сделали мы. А они как бы и ни при чем. Я про последствия ядерных взрывов. Хотя тех же испытательных взрывов было гораздо больше, и ничего, мы же живем!

– М-да… Надеюсь, это между нами? Хочу задать политически неграмотный вопрос. Почему этот «Тополь» еще не приехал сюда?