Через некоторое время женщина встала и взглянула на стоявшего в дверях Удачина. От этого взгляда ему стало как-то не по себе.
— Это ты убил его, — сквозь зубы выдавила женщина.
— Ты что такое говоришь, Маня! Он мой друг! Мы с ним столько прошли! Не раз спасали друг друга!
— Мы хорошо жили, но пришел ты, — не слушая его, хмуро продолжала женщина. — И вот муж мертв.
— Так уж получилось. Я помогу тебе деньгам…
— Я не возьму твоих кровавых денег. Ненавижу тебя, убийца, и проклинаю. А теперь — убирайся прочь.
— Я помогу…
— Вон!
«Да она прекрасна в гневе!?» — любуясь огнедышащей женщиной, воскликнул полковник.
Внезапно нестерпимо захотелось овладеть ею!
Полковник шагнул к женщине и набросился на нее. Она сопротивлялась, кусалась, но силы были явно неравны…
Потом Удачин поднялся и задумался:
«Их нельзя так оставлять. Полиция начнет искать причины смерти Вронского… — взглянул на лежащую на лавке растерзанную женщину. — Женушка со злобы может ляпнуть все, что угодно… — подумал о детях Вронского. — Их воспитает сестра жены…».
Нагнулся и стал душить женщину руками. На удивление она не сопротивлялась.
Сделав дело, Удачин оделся и задумался.
Вскоре он аккуратно поджег деревянный стол. Когда огонь хорошо разгорелся, вышел из бани…
В проеме забора показался силуэт человека. Сергеев в это время ходил вокруг машины и размахивал руками.
Человек этот оказался мужчиной. Он шагнул во двор.
— Ты что, больной? — грубым, прокуренным басом изрек незнакомец.
— Просто разогреваюсь, — ответил Ермолай.
— Ну-ну, — приближаясь к нему, выдавил незнакомец. — Дай хоть закурить.
Лыжная шапочка была спущена у него до глаз, воротник полушубка прикрывал практически всю оставшуюся часть лица.
— Не курю и тебе не советую, — ответил Ермолай.
— Праведника строишь. Деньги есть?
«Неприятный и наглый тип», — подумал Ермолай, рукой нащупал свой наган.
— Есть, но не про твою честь, паря.
В руке незнакомца сверкнуло лезвие ножа.
Ермолай быстро вытащил наган и направил на наглеца.
— Пошел своей дорогой. Быстро! Пока я не рассердился!
Незнакомец убрал нож.
Тихо-смиренно выдавил:
— Я пошутил, извини, друг, — стал медленно пятиться назад.
— Я тебе не друг, — зло отрезал Ермолай.
Пятясь, незнакомец быстро поравнялся с забором и… моментально исчез из вида.
Ермолай постоял некоторое время. Затем убрал наган и продолжил хождение вокруг машины…
Сергеев быстрым шагом ходил вокруг машины. Было холодно, и, несмотря на физические упражнения, он уже достаточно промерз.
Дверь Дома приезжих со скрипом раскрылась, кто-то худенький быстро из нее вышел.
«Ба! Да это Урин! — всматриваясь, воскликнул Ермолай. — Она раздетая? Точно, она же мне отдала свой тулуп. Ее тулуп в кузове».
Ермолай быстро запрыгнул в кузов машины, взял тулуп и крикнул:
— Урин, держи свой тулуп.
Напарница уже подошла к машине. Подняв руки, она взяла тулуп и быстро надела на себя.
Ермолай слез с кузова машины и спросил:
— Ты почему не спишь? — взглянул на свои часы. — Время только 3 часа ночи.
— Выспалась, — бросила напарница. — А ты почему не спишь?
— Тоже выспался.
— Тогда давай перекусим, да поедем домой.
— Давай…
Подполковник Хираи пытался проанализировать неудачную операцию по завладению или хотя бы уничтожению перевозимых в СССР даров Монголии. Делал он это как всегда скрупулезно, особенно, когда терпел неудачи, а они случались крайне редко.
Хираи сильно нервничал, ведь сейчас произошел особый случай. Провал провалом, без них в его работе не бывает. Но в ходе операции был убит Скала, резидент монгольской агентурной сети. О гибели резидента подполковник не решился сразу сообщить в центр генералу Янагиту. Хираи решил сначала во всем досконально разобраться, сгладить негативные последствия проваленной операции. Ведь, кроме Скалы, были убиты двое и ранены трое монголов из деревни Батсумбэр. Этих монголов за деньги удалось втянуть в операцию. Теперь надо было не допустить международного скандала. Хоть монгольская милиция и работает из рук вон плохо, но, тем не менее, она ведь может выйти на японский след. Поэтому, только после решения всех вопросов по Монголии, Хираи хотел явиться на доклад к всемогущему Янагиту…
Итак, для подполковника очевидно, что русские их переиграли. Это подтвердил и информатор из советского посольства. Он сообщил, что монгольские дары уже в СССР. О вывозе в посольстве никто не знал. Вывезены дары были на одиночной машине прибывшими для этого людьми из СССР. Приводились и номера этой злосчастной машины…
Они быстро покинули сонный заснеженный городок и выехали на трассу. Урин уверенно вела машину. За окном было темно и ветрено, дорогу слегка замело снегом, встречного транспорта не встречалось. Урин стала что-то тихо напевать.
Сергеев рассматривал карту. До Улан-Удэ было совсем недалеко, каких-то сто километров…
— Ермолай, ты знаешь, что означает мое имя? — спросила напарница.
Ермолай взглянул на девушку, она широко улыбалась.
— Нет.
— Урин — это значит нежная, ласковая, приветливая.
