И я распахнула глаза. Черт, если он так продолжит, у меня сердце точно остановится. Еще и запах его волнует и будоражит так, как еще ни одного мужчины. Просто запах, просто голос, просто рядом, а я вся не своя. Нет, я вся его!
– Смотри, чтобы прицел указывал именно сюда, прямо в шею, под подбородком.
Красная точка лазерного прицела впилась в шею мишени. Следом мой палец дрогнул от нежного поглаживания Тино-фея. Я вздрогнула, когда раздался хлопок и белый пучок света проел дыру в голограмме.
– Ты попала. Он мертв. Надо повторить для закрепления успеха! – похвалил меня Тино-фей, при этом из объятий не выпустил. Только отдал очередной приказ Мегамозгу: – Смени нам мишень!
Зал постепенно заполнялся разным народом, теми, у кого по графику стояли обязательные тренировки, и теми, кто пришел поглазеть. И, судя по направлению любопытствующих взглядов, именно на нас с подругой. Особенно глазели феранцы, которым, как сказал Тино-фей, в новинку было желание женщины взяться за оружие. Я постаралась не думать о зрителях. Отметила, что Мань-ял как-то уж больно неодобрительно посмотрел на нас и ушел. Он хотел защитить меня от всего, днем и ночью, но оба понимали – это нереально!
Но даже повышенное чужое внимание и неодобрение, связанное с мужским самомнением или, точнее, с менталитетом патриархального воспитания, не могло повлиять на мое желание продолжить тренировку. Тино-фей тоже не отступал, упрямо учил меня, правда, не выпуская оружие из своих рук. Я даже поморщилась от досады: битый час мне стрелять самостоятельно не позволяют, уверенно направляют руку и четко отдают приказы. Хотела попробовать сама. Наконец, Тино-фей после моего настойчивого намека отошел в сторону, и я опытным путем выяснила, что меня не ограничивали, а заботливо оберегали от разочарования.
Целилась я с трудом. Уязвимая точка укагиранца на шее у подбородка оказалась настолько маленькой, а я – взволнованной, что, когда активировала курок, рука вздрагивала и плазма летела куда угодно, но не в цель. Это еще мишень на месте стоит, а если двигаться начнет, как настоящий враг? Уф-ф! В итоге Тино-фей вновь встал рядом и указал на все мои ошибки.
– Руку тверже, – повторял он раз за разом, пока у меня не получилось.
Стрелять под руководством Тино-фея мне понравилось. Пусть получалось криво и не сразу, зато я наслаждалась процессом обучения. Мне было приятно просто стоять рядом с этим мужчиной, слушать его голос, ощущать его тепло. Наверное, моя подруга чувствовала себя так же рядом с Глебом. Я невольно нашла эту сладкую парочку взглядом: ага, они снова обнимаются, о чем-то воркуя и улыбаясь. Глаза у обоих сияли обожанием и любовью. Хрупкий черноволосый ангелочек Улька и крупный волчара Глеб, который за свою девочку порвет любого, что уже не раз доказал.
Вновь именно их чувства, нескрываемые и искренние, вызвали внутри у меня волну желания чего-то похожего. Ощущая, как горят мои щеки и уши, я не отстранилась, когда Тино-фей тесно обтек меня со спины, в очередной раз предлагая выстрелить, наоборот, качнулась к нему сама, замирая как кролик в кольцах удава, но при этом наслаждаясь. Ведь он пообещал мне, что всегда будет рядом! Значит, как бы мой? Верно?
Невольно задрав голову, я столкнулась с ответным взглядом Тино-фея. И как было уже не раз, поймала в его серо-зеленом омуте таких возбужденных чертей, что мама дорогая!
К моему великому сожалению и разочарованию, тренировка завершилась как-то слишком быстро. Мой адмирал нужен всем, не только мне. Время тянулось медленно и утомительно. Кроме того, я начала подмечать, что меня будто бы избегают. Причем свои же! Сначала это было почти незаметно. Меня никто не бросал в одиночестве, не отворачивался, не отказывал в общении. Но потом я подметила, что группа о чем-то негромко говоривших землян при моем приближении резко замолчала; напряженно попрощавшись, она разошлась. Тогда я решила, что мужики немного повздорили между собой и не хотели посвящать меня в свои дрязги. И не придала этому особого значения. Но подобные ситуации повторялись, а я недоумевала и нервничала. Какое-то непонятное поведение.
На следующий день прямо с утра решила спросить у Ульянки:
– Я кого-то обидела ненароком? А то стоит мне подойти, все замолкают и взгляд отводят.
– Нет, Иришка, ни в коем случае! – неожиданно остро отреагировала она. Потом глянула на меня глазами нашалившего щенка и попросила: – Не принимай на свой счет! Просто своя специфика… сама понимаешь, мужики такие мужики…
Ульянка была явно чем-то расстроена, вот сто процентов хотела что-то сказать мне, но не могла. Чем насторожила еще больше. Ей я верила полностью, значит, если не говорит, то точно нельзя. Может, у кого-то день рождения и наши готовят сюрприз? Но при чем тут я, ведь мой уже давно прошел и повторится не скоро. Расспросить подругу подробнее не успела, в поле моего зрения вновь появился Тино-фей. И Глеб.
