Аристократ вышел из комы на четвёртые сутки. Первым, кого он увидел, был его старый приятель Аристарх Глобин, по прозвищу Гоблин…
С Аристархом они были дружны ещё с первого класса средней школы. Вместе играли в войнушку во дворе, вместе учились – сначала в школе, затем в университете. Вместе занимались спортом. А потом их пути разошлись. Генка ушёл в полицию, а Гоблин, на время исчезнув с Генкиного горизонта, каким-то неведомым путём попал в ФСБ…
Гоблином он стал ещё в школе, в тот самый день, когда они с Генкой оказались за одной партой в первом классе. Это Волченков его так окрестил, переместив в фамилии Аристарха букву «л» со второго места на четвёртое. Однако в присвоении прозвища сыграло роль не только их детское увлечение перестановкой букв в словах. Почему-то маленький Генка Волченков был абсолютно уверен, что у настоящих гоблинов большой хищный, как у орла, нос и глубоко посаженные глаза. Черты лица его соседа по парте и потенциального друга в точности соответствовали данным представлениям…
– Ну, наконец-то, очухался, – с облегчением произнёс Гоблин и смочил сухие губы Аристократа мокрым марлевым тампоном.
Гоблина сразу же выдворили из палаты. Врачи засуетились вокруг Аристократа, стали мерить давление и менять банки на капельнице. Миловидная сестричка принялась раскручивать тонкие провода, выходящие из большого блестящего аппарата. Другая, менее симпатичная, готовила шприц.
– Верните его, – тихо, но требовательно сказал Генка.
– Вам сейчас необходим отдых, – возразил пожилой врач с бородкой, как у Льва Троцкого. – И вам совершенно нельзя волноваться. Пуля прошла в нескольких миллиметрах…
– Верните его. Или я начну волноваться, – заявил Аристократ тоном, не терпящим возражений.
– Ну, хорошо, хорошо, – неохотно согласился доктор. – Только две минуты. Потом мы вам сделаем укольчик, и вы поспите.
– Мне хватит двух минут, – согласился Аристократ.
Гоблина впустили. Аристократ выразительно посмотрел на окружающих его врачей, и те вышли из палаты.
– О Ларке я знаю, – сказал Генка спокойно. – Как ребята?..
Гоблин молчал, подбирая слова.
– Понятно, – Аристократ устало закрыл глаза. – Опоздали…
– Мы не успели совсем чуть-чуть, – начал оправдываться Гоблин. – Ребята перебили почти всех клонов. Осталось не больше десятка особей, и ещё какие-то уроды.
– Зверьки, – сказал Аристократ.
– Зверьки?.. – переспросил Гоблин. Он подумал, что неверно расслышал произнесённое другом слово. Аристократ промолчал. – А ты счастливчик, Генка. Остаться живым, после таких ранений… Две пули в печени и одно сквозное. Над самым сердцем…
– Да, – согласился Аристократ. – Я очень счастливый…
