Что теперь? Она не из тех, кто зовет на помощь, и если это делал кто-то другой, всегда раздражалась и вспоминала о матери, но как бы сильно ни любила ее, полагалась только на себя.
Сегодняшняя ночь казалась особенно холодной и неприветливой.
Она вздохнула, вынула сотовый, поискала в контактах сексуального подонка – нужно срочно сменить это обозначение – и позвонила.
– Уже соскучилась? – спросил Ти Джей тихо, словно был не один.
И это напомнило ей, что он участвует в спасательной экспедиции, а она только мешает.
– Прости, не думала… впрочем, неважно.
– Ты в порядке?
– Да, но чипсы не загорелись. Что я делала не так?
– Попробуй поджечь сразу целую горку.
Она поколебалась:
– Я их съела.
Она почти видела его улыбку:
– И пакет тоже?
– Нееет.
– Попробуй поджечь его. Там внутри осталось масло.
Придерживая телефон плечом, она поднесла спичку к пакету, – и пшшш! – он загорелся.
– Спасибо.
– Обращайся в любое время.
– Ты продолжаешь давать и давать… я уже составляю список.
– Никаких списков. Никогда. – Он понизил голос. – Так как насчет того, что ты по мне скучаешь?
Она насторожилась.
– Что на тебе надето?
Она закатила глаза и нажала «отбой». Воспользовавшись многофункциональным ножом, открыла банку с супом и поставила греть у огня.
Харли очень надеялась, что у Ти Джея найдется запасной нож, и волноваться поэтому было по меньшей мере глупо: конечно, нож у него есть. И почему она тратит энергию на беспокойство о нем? Она за всю жизнь ни разу не встречала человека, который мог бы о себе позаботиться лучше.
Присев на корточки у костра, она протянула к огню замерзшие руки. Ночь была не слишком холодной, так что это скорее нервы, потому что, когда планировала этот поход, горела желанием побыстрее отправиться в горы, но реальность остаться одной здесь немного пугала.
«Повезло, что хотя бы прошлой ночью была не одна», – сказала она себе.
Нужно взять себя в руки.
Она забралась в спальный мешок полностью одетая и велела себе спать, но уснуть не получалось очень долго.
Проснулась Харли внезапно, моргая, как сова. В бездонном мраке ничего не было видно: ни звезд, ни огня, – только тьма, и сколько времени прошло, она понятия не имела.
Паника нахлынула на нее, и она принялась барахтаться, прежде чем поняла, что лежит не под одеялом, а в спальном мешке. Расстегнув его и высунув голову наружу, Харли облегченно вздохнула: при скудном свете звезд хоть что-то видно.
Она посмотрела на экран телефона, который по-прежнему держала в руках: четыре утра.
Она справилась, причем без проблем… ну почти.
Эта мысль вызвала у нее улыбку, но раздавшийся в следующее мгновение звук в лесу за спиной заставил похолодеть. Это не было безобидное жужжание насекомых или птичий крик, скорее треснувшая ветка.
Черт!
Харли медленно выползла из мешка и вынула из рюкзака фонарик, но, сообразив, что местность слишком открытая, поспешила скрыться в зарослях на противоположной стороне поляны.
Напрягая зрение, она медленно прошлась по кромке леса в надежде выяснить, кто мог за ней наблюдать. Сердце колотилось в ушах, кровь бушевала в жилах, когда она сунула фонарик за пояс и вынула из кармана телефон. Она уже нажала на кнопку списка контактов, намереваясь позвонить Ти Джею, когда ярдах в десяти заметила тень… которая направлялась к ней.
Крошечные серые точки заплясали перед глазами, но она приказала себе собраться и со скоростью света перебрала свои возможности. План А – бежать: бежать, как будто за ней гонятся черти. Беда в том, что навигатор, компас и карты остались в рюкзаке, а без них в темноте она точно заблудится. План Б – закричать! И что толку? Она очень сомневалась, что медведи и койоты придут ей на помощь. План В – просто открыто подойти и выяснить, что ему надо, если… хватило бы смелости.
И наконец, план Г – электрошокер. Да, пожалуй, это лучший выход, и Харли приготовилась действовать.
Боже, какой же он высокий, мощный… с очень знакомыми непокорными волосами. Небритый подбородок и пронзительные зеленые глаза, которые она смогла рассмотреть даже при столь скудном свете, не вызывали сомнений:
– Ти Джей.
Он остановился перед ней и указал взглядом на электрошокер:
– Как вижу, ты мне безумно рада.
– Не смешно.
Она прижала руку к груди и вздрогнула.
– Замерзла?
– Нет.
Тем не менее дрожь сотрясала ее тело: от страха, от возбуждения, и, кажется, того и гляди упадет в обморок.
Он осторожно потянулся к ней и забрал шокер.
– Ты вся дрожишь.
– Знаю, черт побери.
Подтолкнув к дереву, он прижался к ней всем телом.
– Это адреналин – нужно найти для него выход.
– Да ты что? Дай угадаю…
Харли пыталась язвить, но это было нелегко, когда трясет так, что стучат зубы.
Ти Джей оперся ладонями о дерево по обе стороны от ее головы, и она почувствовала исходившее от него тепло. И хотя, судя по голосу, он устал, был раздосадован и испытывал недоумение, которое она, как обычно, вызвала в нем, угрозы Харли не ощущала, скорее наоборот.
