У Михаила Игоревича чуть бутылка не выпала из рук на пол, но он успел предотвратить это падение.
— Еще чего придумала, Тарасова?! — воскликнул преподаватель на меня. — Ты прежде, чем что-то мне сказать, сначала подумай, как следует и желательно несколько раз, так на всякий случай, а потом уже произноси это вслух!
— Я как раз очень хорошо подумала и несколько раз. Всю ночь думала об этом разговоре!
— И что ты там за план составила по завоеванию мира?! — усмехнулся Михаил Игоревич.
— Нет никакого плана. Тут такое дело…
— Тарасова, не тяни! — преподаватель открутил крышку от бутылки и стал пить виду.
Я дождалась пока он попьет воду и выпалила на одном дыхании:
— В общем, вы вчера мне кровать сломали.
Он подавился водой и стал кашлять.
— Я не сразу заметила это. Только ночью, как спать стала ложиться и почувствовала, лежа на кровати, что что-то не так с кроватью, какой-то дискомфорт ощутила.
— Стоп, остановись. Не надо меня вводить в такие детальные подробности, Тарасова, — остановил мою речь преподаватель. — Ты еще расскажи в чем спать ложилась вчера.
— Так в пижаме, — не задумываясь, ответила я.
— Тарасова, я же просил тебя! — сказал Михаил Игоревич.
— Вот я и молчу, соблюдаю тишину, — отвечаю ему. — Что делать-то будем?
— Ты, о чем?
Он действительно не понимает или делает вид, что не понимает меня?!
— Я о своей кровати. Она в ужасном состояние теперь. — Конечно же я немного преувеличила, но зато так будет заметнее катастрофа для него.
Преподаватель округлил глаза.
— Что ты с ней такого делала, Тарасова, что она в таком критическом состояние? Зачем издевалась над ней?
Это я издевалась?!
— Так это вы угробили ее! — обвиняющим тоном произнесла я.
В этой ситуации я — жертва. Мне должно быть оказано сочувствие, а он обвиняет меня!
Вот так всегда! Рассчитываешь на одно, а получаешь совершенно другое.
— Чего? — Он уставился на меня немигающим взглядом. — Тарасова, те пары минут, когда случайно получилось так, что я оказался в горизонтальном положение на твоей кровати, этот момент произошел при тебе. Ты — свидетель, что я просто лежал.
— Вот именно, что я все видела и была единственным свидетелем того, что вы вполне могли оказаться виновником случившейся тяжкого происшествия с моей кроватью!
— Почему это я? — возмутился Михаил Игоревич.
И он еще спрашивает меня об этом?
Все же очевидно!
— А не надо было дергать своей ногой, когда застряли! Вы резко свалились, прижав меня к кровати, а потом на нее еще упали своими сильными, упругими мышцами. Вот она и не выдержала такое внезапно свалившееся на нее счастье!
— Так ты же на бок повернулась, Тарасова! — воскликнул преподаватель. — Вот я и упал с тебя на кровать!
Он неожиданно для меня стал смеяться, еще так звонко.
У меня тут вообще-то горе, а ему смешно.
Я вроде прилично выгляжу, рот не испачкан. Тогда, что за причина, что ему внезапно так весело стало?
— Отличная шутка, — произнес преподаватель, хлопнув в ладоши. Может он в цирк сегодня пойдет?! Вот и решил прямо сейчас порепетировать, как там будет себя вести. — Оригинально пошутила, — похвалил он меня. — Тарасова, ты когда-нибудь своим неподражаемым и изумительным юмором до критического состояния меня доведешь! Или в заику из-за тебя превращусь. Тебе так нравится меня в ступор вводить?!
Кто в кого еще в ступор вводит!
— Факт остается фактом, — твердо заявила я. Это именно он сломал мне кровать. Больше претендентов нет на эту "жестокую роль". Но как же сильно, я оказывается в этом ошиблась.
По выражению лица Михаила Игоревича, я поняла, что он очень удивлен в твердости моей интонации и моих слов.
— Я ничего не знаю и не делал! Это был не я! — четко проговорил преподаватель. — Так что вспоминай, Тарасова кого еще так же к себе любезно в гости пригласила и уложила на свою кровать чтобы он отдохнул.
— Кроме вас и меня на кровати никого не было. Я даже кота не завела. Если только призрак! Но вряд ли от невесомого веса призрака, может сломаться кровать.
— Хорошо, призрак из кандидатов подозреваемых отпадает, — согласился преподаватель. — Ты на счет него убедила меня, — добавил Михаил Игоревич. — Может это какой-нибудь ночной гость? — предположил преподаватель, стуча пальцами по столу. — Или парень какой-нибудь через окно к тебе перелез. Умаялся, бедненький и решил отдохнуть на твоей кровати.
— На девятый этаж смог забраться? — интересуюсь я. Какие же интересные ему идеи в голову приходят.
Михаил Игоревич пожал плечами.
— Скалолаз, — произнес преподаватель. — Экстримом человек решил заняться. Умаялся от скуки. Решил попробовать что-то новенькое, необычное. И надо же какая с ним удача произошла! Он к тебе залез в квартиру. — Михаил Игоревич поставил бутылку с водой, рядом с собой на стол. — Ты же занимаешься "словарным экстримом" и совершаешь ежедневные экстремальные действия! Почему бы и ему разок не попробовать что-нибудь необычное?!
— Какой еще у вас будет вариант? — спрашиваю я.
— Инопланетяне! — произнес он торжественным голосом.
Ну, конечно же! Как же без них!
Михаил Игоревич не может воздержаться и их не упомянуть!
— Очень интересно, — говорю ему.
