Вторая подспудная тема, краешек которой показывается во многих местах красный флаг. Говорухин горд тем, что "он с нами" (читателями) свергал этот флаг. Хотя и слепому видно, что при этом он был просто пешкой тех самых мафиози, которых сегодня клеймит. Он, конечно, сожалеет: "мы сами вручили знамя демократии в руки жуликов". Напрасно. Плевали жулики на это знамя, а те, кто по их команде ломал наш дом, были в лучшем случае глупцами.
Тех же, кто идет под красным флагом, Говорухин ненавидит. С симпатией говорит о Руцком, который признался Андрею Козыреву: "Я ненавижу красно-коричневых!". Очень мило, что тот же Руцкой шепнул Говорухину в Доме Советов: "Если бы не Анпилов и его люди, никто бы не пришел защищать Белый дом". Автор соглашается: "Да, скорей всего, так бы и было", - и передает разговор с Руцким 27 сентября: "Неужели вы не видите, что Дом окружен красными флагами. Нормальные люди ассоциируют парламент с "красными". Они только отпугивают здоровых и честных людей". И это пишется уже после того, как "здоровые и честные люди" расстреляли безоружных "красно-коричневых", телами которых прикрылся невредимый вице-президент. Новое мышление и новая мораль.
Кто же пришел на защиту Конституции? Вот как их видит Говорухин: "Застланные ненавистью глаза, портреты Ленина и Сталина в руках; кумачовые флаги...". Прямо образ Отечественной войны, и оценка - под стать Гроссману. Тот тоже, оказывается, считал, что дело умиравших в бою с фашистами русских было "неправое".
Почему же Говорухину ненавистны "эти перекошенные от злобы лица"? Что вызвало их злобу - разве что-то благородное? Разве не то же самое, что вызывает злобу самого Говорухина? (Я бы сказал, что его злоба более люта, чем та, которую я наблюдал под красным флагом). Нет, причина злобы абсолютно та же самая. Разве только в том дело, что эти люди правильно определили суть криминального режима на три года раньше, чем сам Говорухин, оказались поумнее. И, в отличие от Говорухина, который наблюдал схватку или по телевизору или с моста, принимали пули в собственную грудь.
"И стоят вокруг осажденного парламента одни старики с красными флагами... Защитники - одни старики и... как бы мягче выразиться, больные люди... Обозленные, несчастные", - повторяет Говорухин вранье "демократов" (сам, впрочем, этому потом противореча). Но суть не в том, что это вранье. А в том, что Говорухин принял важный принцип нового строя: прав тот, у кого сила (теперь "не в правде Бог, а в силе"). Потому и можно издеваться над возрастом "защитников социализма" - что они значат против "бультерьеров"! Но это, опять-таки, удар по России.
Говорухин тонко "перераспределяет" вину за 3-4 октября. Оказывается, "к оружию звали не только "красные"... На призыв Гайдара отозвались честные наивные граждане". Кого же звали к оружию "красные"? Когда? Они (да и то не они, а баркашовцы) просили оружия для себя, потому что тоскливо умирать безоружному. Им ненавидящий их Руцкой отказал - а под пулеметы на Останкино послал. А стреляли в них из-за брони "честные наивные граждане" в кожаных куртках. Так версия Говорухина искажает образ важнейших дней России.
Скажу и я о "красных". Да, есть среди них провокаторы - но как же без этого? Не так уж наивны наши правители. Много эмоций, шараханья - но так ли это странно в момент разлома общества. Есть там "больные, несчастные люди"? Да есть - но не больше, чем среди "честных наивных". Другое дело, что Говорухин, видимо, знает "красных" в основном через телеэкран, а как он показывает оппозицию - известно. Это одна из самых подлых сторон телевидения. А в целом те, кто сегодня идет с красным флагом и непокрытой головой под дубинки - самая страждущая и ранимая часть нашего общества. И не назад, к кормушке они зовут, они и там имели к ней доступа поменьше, чем "наивные". А зовут они именно к правде - как они ее понимают. Можно не соглашаться с их толкованием правды, но, похоже, не за это их не любит Говорухин.
Я видел этих людей и у Дома Советов, и потом. Встречал среди них много уважаемых ученых, интеллигентов. И за неделю у Дома среди этих людей создалась совершенно необычная обстановка благодати. Как будто в небе над ними открылось окно и осветило их всех особым светом. На этом пятачке возникло такое ощущение духовной свободы, что люди от метро чуть не бегом туда бежали, а добегут - и такой покой на душе. Там слышалась полная, родная русская речь, от которой мы почти отвыкли - с юмором и доброжелательством. Там женщины совали солдатам из оцепления яблоки и сигареты - и вовсе не для того, чтобы их задобрить.
