С трудом мог Наполеон проехать сквозь обозы, загромождавшие Большую Ордынку и Калужскую улицы. У заставы остановился он и впоследние взглянул на Москву, покорение которой долженствовало быть венцом поприща его славы, залогом решительного первенства его над Александром. Он не знал, что праведное Небо карало уже его в средоточии его могущества, Париже, где в самый день и даже часвыступления его из Москвы вспыхнул заговор Малле и Логори, доказавших минутным успехом своего предприятия, как ненадежна и шатка была власть Наполеона, не основанная на законности наследия. Из Москвы Наполеон пошел по старой Калужской дороге, намереваясь сразиться с Князем Кутузовым, если бы встретил его преследующим Мюрата, или, в противном случае, поворотить направо, на новую Калужскую дорогу, а оттуда через Малоярославец в Калугу и потом через Юхнов и Ельню неразоренным краем, на Смоленск. В тот день, 7 Октября, неприятельская армия дошла до Троицкого, где Наполеон имел дневку, получив от Мюрата донесение, что Русские его не преследуют. Итак, Наполеону оставалось только привести в исполнение задуманный марш на новую Калужскую дорогу. Что касается до Мюрата, то после поражения при Тарутине провел он несколько часов в Спас-Купле и, собрав расстроенные войска, перед рассветом 7 Октября, в то время когда Французы выходили из Москвы, отступил за Вороново и стал на левом берегу Мочи. За ним наблюдал Милорадович, а Князь Кутузов возвратился в Тарутино, ожидать в укрепленном лагере развнтия предприятий Наполеона. Он не пошел со всей армией за разбитым Мюратом, не желая вызывать Наполеона на сражение, которое несравненно выгоднее было принять в укрепленной позиции, если бы Наполеон пришел атаковать ее. До тех пор оставалось употреблять все средства для узнания дальнейших намерений неприятеля.

8 Октября Французы тронулись из Троицкого, перешли при Горках через Пахру и правым берегом ее повернули на Фоминское. Сам Наполеон оставался в Троицком. Видя, что Князь Кутузов не ищет сражения, Наполеон послал к Мортье повеление очистить Москву совершенно, вывезть сколько можно больше раненых и идти через Кубинское на Верею. Причина, почему Наполеон прежде не приказывал Мортье выходить из Москвы, заключалась в ожидании встречи дорогой с Князем Кутузовым, вследствие которой, может быть, нужно было бы удержать за собой Кремль, как укрепленное место или цитадель. К Мортье отправлено было притом злодейское повеление зажечь при выходе из Москвы Кремлевский дворец, казармы, все еще уцелевшие казенные здания, выключая Воспитательного Дома, и взорвать Кремль, к чему уже заранее, когда еще Наполеон гнездился в Москве, делались приготовления [440] .

Прежде получения Маршалом Мортье сего предписания, то есть в те два дня, когда он оставался в Кремле один, в Москве царствовало гробовое молчание. Печатным объявлением запретили жителям, под смертной казнью, подходить к Кремлю; но не все поняли объявление, потому что оно было написано по-Французски, и несколько Русских застрелены Португальскими ведетами, расставленными по улицам, ведущим к Кремлю. Вскоре приблизился к Москве, из Черной Грязи, отряд Винценгероде. Между Петровским дворцом и Тверской заставой произошло кавалерийское дело; неприятель был опрокинут, потерял 400 пленных и побежал в город. Казаки подъехали к заставам, несколько раз прорывались в улицы, перестреливались в них, но при появлении пехоты должны были удалиться. 24 Донца проскакали мимо Кремля, по всей Москве, и выехали в противоположную Серпуховскую заставу. Испуганные таким удальством, стоявшие на Тверской Португальцы бросились искать спасение в Кремле. Потом, опомнившись от тревоги, возвратились на прежние места и с пистолетами в руках ходили по пепелищам домов, отыскивая, не спрятались ли там казаки [441] .

Перейти на страницу:

Похожие книги