Дни с моей малышкой летели быстро, но мы наслаждались каждой минутой проведённой вместе. Как же сладко каждый день засыпать и просыпаться с ней рядом. Видеть, как она морщит свой носик, потом трёт свои глазки, потягивается, в этом время я успеваю её обнять и прижать к себе, а она заливается звонким смехом, в этот момент на душе так спокойно и тепло, а потом начинаю ещё щекотать, а Настя извивается в моих руках. Моя маленькая ревнивая девочка… Ей не нужно ревновать меня, потому я всецело принадлежу ей одной.
Спит кстати она в моих футболках, больше ничего не желает одевать, а я этому только рад. Всегда мечтал видеть на ней мою одежду. Мои футболки ей короткие, достают до середины бедра и я могу любоваться её стройными, длинными ножками.
В один из дней я проснулся и не обнаружил её рядом, тут же взволновался и вскочил с кровати.
Мы сняли небольшую однокомнатную квартиру. Пока меня не будет рядом, не хочу чтобы моя девочка жила дома, не хочу чтобы она вообще там появлялась.
Я тут же пошёл искать хулиганку. Вышел из комнаты и пошёл сразу на кухню, и не прогадал.
На кухне около плиты стояла моё маленькое чудо и что-то готовила. Облокотился плечом о косяк двери, сложил руки на груди, стал наблюдать за девушкой.
Она была одета в мою футболку, которая ели прикрывала её аппетитную попку. Моя девочка что-то тихо напевала себе, слегка пританцовывая, а я наслаждался ею. Хочу видеть Настю такой каждое утро, нежной, ласковой, в моих футболках, но больше всего хочу видеть её у себя в дома, в спальне, в своей кровати, в своём паспорте. От этих мыслей улыбнулся, отпрянул от двери и тихо направился к ней.
Пристроился позади неё, положив руки по обе стороны на её талии, малышка вздрогнула, но не отпрянула. Её волосы были собраны в высокий хвост, но пару коротких прядей выпали из него и спадали вниз по шее. Это выглядело так сексуально, что просто не мог не прильнуть к ней.
Нежно целую Настю в шею, а она выгибается, подставляя мне больше доступа для ласк и я воспользуюсь этим. Одна рука забралась под футболку и вот уже гладит оголённый животик, а губы проделывают путь от шеи до плеча, слегка прикусываю, малышка издаёт протяжный стон, вжимаясь в моё тело сильнее.
Вторая рука подбирается к шее и нежно обхватывает её, девочка кладёт свои пальчики на неё.
— Мой опиум… — шепчу в ушко, малышка прикрывает глаза, вздрагивает, откидывая голову на моё плечо. Хочу взять её прямо здесь и сейчас, но это не то место, где хотел бы чтобы случился наш первый раз. Она достойна лучшего, самого лучшего. В последний раз целую её в шею, оставляя свою метку, подтверждая, что она принадлежит мне одному.
— Мммм… Тобиас… — шепчет ели слышно.
— Да малышка… — в унисон шепчу ей.
— Завтрак..
— Да… — отстраняюсь, но Настя не выскальзывает из моих рук, а поворачивается ко мне всем телом, кладёт ладошку на щёку, проводит вдоль неё, поднимается на носочки и нежно, почти невесомо целует в губы, так быстро, но от того сладко, и отстраняется. Её губы растягиваются в лёгкую улыбку и малышка прячет своё лицо у меня возле шее, обхватывая за плече, на что я отвечаю ей тем же, крепче прижимая за талию к себе.
Мне так хорошо с ней, как никогда не было ни с кем и ни где. Она — мой дом, мой покой.
После вкусного завтрака, который приготовила моя девочка, а это были кстати русские блинчики с варёной сгущёнкой, так вкусно, прям пальчики оближешь, в прямом смысле этого слова, я попросил Настю чаще готовить их мне, на что она засмеялась и приникла к моим губам. Моя сладкая девочка, сводит меня с ума, знала бы она чего мне стоит сдерживаться и не взять её прямо на этом столе.
После это как мы покушали, решили сходить прогуляться. На улице было солнышко, так же, как и в моей душе. Эта маленькая малышка перевернула в моей жизни всё верх дном, но я счастлив, что её нашёл, она мой сорт героина.
Мы гуляли, смеялись, нам было хорошо вдвоём.
— Настя, тебе нельзя, — ругал я девушку, которая сейчас стояла напротив меня и смотрела со щенячьими глазами.
— Ну, любимый… — стала на цыпочки, нежно чмокнула в губки.
— Настя, нет! Ты и так болеешь. Какое тебе мороженое?
— Ну, пожалуйста, пожалуйста… — ну как я могу отказать этому сокровищу.
— Хорошо, но только одно.
— Я так тебя люблю, — обняла меня, повиснув на моей шее.
— Хватит подлизываться, лиса, — а улыбка не сходила с моего лица. Ребёнок, но мой ребёнок.
— Я не подлизываюсь, я люблю.
— И я тебя, малыш, — прижал к себе сильнее, поцеловав в кончик носа, а девушка засмеялась.
— Настя..? — услышал мужской голос, а девушка в моих руках напряглась.
— Что случилось, малыш? — я обеспокоенно погладил её по щеке.
— Всё хорошо, пошли от сюда?
— Пошли, — не стал с ней спорить, взял за руку и повёл к выходу из супермаркета, но резко из моей руки вырывают её, я оборачиваюсь и вижу парня, который держит мою девочку за тонкое запястье. Я не на шутку взбесился. Кто этот парень, что позволил себе такой вольности?
— Настя, ты не слышала, что я тебя звал?
— Нет, — ответила Настя, грозно посмотрев на него. Что здесь чёрт подери происходит?
