Тот непонимающе смотрел то на специалиста с его прибором, то на Устюжанина, то на Шевченко, который объяснял, как пользоваться «лошадиным гелем». Специалист медленно переводил сканер от пуговицы к пуговице на бушлате полковника. И на верхней пуговице сканер «зафонил» слабым прерывистым сигналом.
– Есть «жучок»! – сказал специалист. – Попрошу вас, товарищ полковник, бушлат снять. Желательно не кричать громко «Раздевают!» Это ненадолго.
Исмаилов послушно выполнил требуемое. Специалист аккуратно маленькими ножничками из своего чемоданчика срезал пуговицу.
– Иван Иванович, – Устюжанин передал старшему прапорщику пуговицу из кармана Урзаева, – смените пуговицу товарищу полковнику. Иголка с ниткой у вас найдется?
– Конечно, товарищ подполковник, я мигом.
– Я не понимаю, что здесь происходит? – задал все же Исмаилов резонный вопрос.
– Я вам объясню, – пообещал Устюжанин. – Скажите только, кто вам пуговицы на бушлате пришивал?
– Водитель мой. Урзаев.
– Так я и предполагал. А теперь я могу с уверенностью сказать, что ваш водитель и есть амир Герострат. Еще я предполагаю, что он офицер азербайджанских спецслужб, но это требует доказательства. К этому вопросу позже мы еще вернемся. Сейчас я попрошу нашего специалиста поискать в машине полковника приемник. Как далеко может располагаться этот «жучок» от приемника?
– Судя по силе сигнала, в пределах ста – ста пятидесяти метров. Точнее сказать невозможно, потому что в разных местах уровень сигнала может быть разным. Сказываются естественные помехи.
– А ваша «глушилка»…
– Она работает на приемник. Приемнику мешает. А подаче сигнала она не помешает. Вот наш разговор услышать никто не сможет. Даже если с приемником будет за вашей дверью стоять.
Дверь открылась. За дверью стоял майор Валентинов.
– Я без приемника, – сообщил он. – Разрешите составить компанию.
– Заходи, Николай Павлович, заходи. Машина, товарищ полковник…
Исмаилов как развел от удивления руки, когда услышал сообщение Устюжанина, так и замер, оставив их разведенными. Но все же новый вопрос вернул ему дар речи:
– Рядом с крыльцом. Я не закрывал дверцы.
– Мы поищем, – пообещал специалист, быстро собрал свой чемоданчик и вышел вместе с Крикалем.
– Товарищ полковник, Урзаев вам звонил из дома или из больницы?
– Из больницы.
– Расстояние от вашего дома до больницы?
– Километра полтора.
– Вы позвонили мне сразу после разговора с Урзаевым?
– В пределах тридцати секунд.
– Это хорошо. Значит, услышать наш разговор он не успел. Я слишком откровенно про пуговицу спрашивал. Можно было бы догадаться.
Вошли подполковник Крикаль со специалистом. Последний положил на стол металлическую коробку с короткой толстой антенной. Объяснил:
– Под передним сиденьем прятал. Приемник переносной, со встроенным диктофоном. Никакие провода обрывать не пришлось. Производство фабричное, значит, спецтехника.
– Товарищ полковник, вы можете позвонить Урзаеву домой? Мобильного у него нет, но домашний-то телефон имеется?
– Имеется. – Исмаилов вытащил свой мобильник. – Что сказать?
– Скажите, что сейчас заедете к нему и привезете «лошадиный гель». Один момент… Где он обычно носит мобильник? Логвинов…
– На левом боку на поясе кожаный чехол.
Устюжанин повернулся к полковнику. Тот удивленно кивнул, не понимая, откуда старший лейтенант может знать о том, где носит его водитель мобильный телефон.
– Понятно, – продолжил Виталий Владиславович. – Значит, товарищ полковник, заодно сообщите Урзаеву, что его мобильник нашелся в машине. Под ногами валялся. Вы даже наступили, но хорошо, что не раздавили. Так и скажите.
– А каким образом телефон Урзаева у вас оказался?
– Мне его принесли вместе с пуговицей. И с пятью тысячами ста долларами, что были в кармане Урзаева в момент нападения на него какого-то шибздика.
– Ничего не понимаю. Виталий Владиславович, а вы не ошибаетесь относительно Урзаева? – Полковнику все же не хотелось верить в такое обвинение, и ему требовались доказательства.
– Мне тоже хотелось бы узнать, откуда подобная уверенность, – сказал Крикаль.
– От пуговицы, – просто ответил Устюжанин.
– Опять пуговица… – Крикаль поморщился. Похоже, его просто раздражало, что пуговица, к которой он сразу отнесся как к какому-то несущественному моменту, на котором и внимания заострять не стоит, оказалась важным вещдоком.
– Просто так пуговицу никто отрывать не будет. Ее отрывают с какой-то конкретной целью. В данном случае цель очевидна – поставить «жучок» для прослушивания всех разговоров, которые ведет полковник Исмаилов.
– Но как вы пришли к такому выводу? – не унимался подполковник ФСБ.
