Галдиэл был из рода родственного роду лесных владык. Владычица Ирриаль Серебрис и ее младшая сестра Лореэль Мейрелес, приходились ему дальними родственницами. Такое родство никак не влияло на его собственную жизнь, это не давало ему каких-то новых прав или привилегий, поэтому он этим родством не особенно-то и гордился. Он, разумеется, почитал дочерей Лориэнора Прекрасного, как владычиц, но не более того. Никаких родственных чувств он к ним не испытывал. Он почитал лесную владычицу Ирриаль, как и все эльфы Галлидиаля, относясь к ней с безграничным уважением и даже некоторым поклонением. К ее младшей сестре Лореэль, он испытывал другие чувства, она казалось ему вполне себе милым созданием, правда глуповатой и сумасбродной. Но это от того, что она еще слишком молода, считал Галдиэл, ей было всего-то чуть больше четырех сотен лет. Возможно, даже когда-нибудь он посватается к младшей из дочерей Лориэнора. Родство тут не могло стать преградой, во-первых, оно было слишком далеким, а во-вторых, среди эльфийского сообщества это не считалось чем-то из ряда вон выходящим. Но не сейчас. Может лет через пятьсот, он, и решиться на такой шаг, пока еще Галдиэл был не готов к таким крутым переменам в своей жизни.
Самому Галдиэлу было уже около полутора тысяч лет. Он был рожден здесь на Фагноре и не застал времена, когда их народ обитал за океаном, на Наргосе. Он считал эту землю своим домом и помнил эти прекрасные земли, еще до появления первых человеческих переселенцев с южного материка. Смертные, как паразиты, быстро расселились по всему материку и отравляли эту землю, одним своим присутствием. Галдиэл был абсолютно уверен в превосходстве собственной расы над остальными. Дворфов он сравнивал с дождевыми червями, копошащимися в своих грязных и темных норах под горами. Люди же представлялись ему этакой инфекцией, болезнью, опухолью вскочившей на теле мира в котором он жил, что уж было говорить про таких уродливых тварей, как орки.
Галдиэл был командиром одного из отрядов стерегущих границы Галлидиаля. В его подчинении находилось тридцать два воина. Он сам, не одну сотню лет, тщательно подбирал этих ребят себе в отряд. Каждый из них был умелым воином, великолепным стрелком и самое главное, они все были ему бесконечно преданы. Замысли он устроить переворот и атаковать охрану владычиц, они бы не задумываясь, пошли за ним в бой. Его отряд считался одним из самых боеспособных во всем царстве Скиоры. Но сейчас он был один. Отряд остался в лагере, в паре миль отсюда.
Совсем рядом, слева в кустах, послышался треск. Не сводя с орка глаз, эльф переключил свое внимание к источнику звука. Снова затрещал сухой валежник, на этот раз ближе и громче. Галдиэл сосредоточенный на возне в кустах, и слишком поздно услышал, как, чуть слышно, хрустнула ветка за его спиной.
– Опусти лук, – короткий меч Джет Каст, зашедшей сзади, слегка оцарапал кожу на шее эльфа.
– Иди к дьяволу, – прошипел Галдиэл, скосив глаза. Он разозлился в первую очередь на себя самого, что так глупо подставился. Его самоуверенность, подвела его. Нужно было, не раздумывая, сразу прикончить зеленокожего.
– Быстро опусти, – Джет сильнее надавила на рукоять меча, проколов кожу на шее эльфа. Тонкой струйкой из раны побежала кровь, – Быстро! А то вытряхну твою жалкую душонку из твоего изящного тельца.
Галдиэл боковым зрением заметил еще троих подступавших к нему амазонок и понял, что сейчас не время геройствовать. Понял, что он действительно попался, попался как мальчишка. Он, конечно, мог бы выпустить стрелу в орка, убив его, но тогда амазонка, которая почему-то оказалась на стороне этой уродливой твари, несомненно, его прикончит. О нравах воительниц Шелдона, он был наслышан, и раз она говорит, что убьет его, то она не шутит, и сделает это, если потребуется.
Галдиэл нехотя ослабил натяжение тетивы и опустил свой тисовый лук.
– Ты поступаешь опрометчиво воительница. Ты на моей земле, – гордость эльфа, не позволила ему, молча стерпеть обиду.
– Заткнись, – коротко отозвалась Рыжая и обратилась, что удивило эльфа, к орку, – Гвалхон придержи-ка его, пока мы найдем веревку.
Орк схватил Галдиэла за воротник и, легко оторвав от земли, поднял в воздух.
– Немедленно поставь меня на землю! Животное! – взвизгнул эльф. Такое бесцеремонное отношение к нему, к представителю высшей расы, и нескрываемые смешки амазонок, окончательно вывели его из себя.
– Помолчи, – спокойно ответил Гвалхон и не на своем грязном наречии, а на чистом всеобщем языке, чем привел эльфа в замешательство, – а то сверну тебе шею, – и, подняв свободную руку, сжал гигантскую ладонь в кулак и повернув его, продемонстрировал, как именно он это сделает.
– К чему эта возня? Может, просто прикончим его и дело с концом? – спросил орк у рыжей амазонки и тряханул эльфа за шиворот.
– Нет! Он нам не враг Гвалхон, просто оставим его здесь, – отозвалась Джет, – так же, как мы оставили того кочевника. Думаю, он тут не один. Его товарищи рано или поздно придут ему на выручку, но мы к тому времени будем уже далеко.
