Они вошли в тот же кафе, где вчера принял необходимую дозу Кирилл. Сели за столик, отгороженный от остальных плетенкой из белой фанеры. Навес, увитый искусственным виноградом, напоминал лето где-нибудь в Греции. Грецию напоминали и огромные вазы из красной глины, и черные глаза бармена увеличенные выпуклыми линзами очков, его широкие скулы и даже поступь. Узнав в Кирилле своего странного ночного посетителя, он скорбно покачал головой. Кирилл взял Алине бокал Бордо и пошел искать туалет.
Когда он вернулся, Алина сидела перед полным бокалом, даже не пригубив его, курила.
- Почему ты не пьешь?
- Не хочу.
- Ты же любишь сухое красное.
- Ненавижу.
- Тогда... взять тебе ликера?
- Нет. Я вообще ненавижу алкоголь, твою ревность... и вообще!..
- Тогда иди в машину, я пока расплачусь.
Она встала и пошла. Краем глаза Кирилл уловил ехидную ухмылку бармена. Но пошел расплачиваться к стойке, а заодно купить себе бутылку вина на ночь. Покровительственный взгляд бармена его раздражал. Кирилл заказал двести грамм русской водки.
- Водки нет. Есть граппа. - Ответил бармен и самодовольно выставил перед ним пузатый графин с синей жидкостью, подозрительно напоминающей о денатурате. Налил ему в стаканчик грамм пятьдесят.
- Двести - напрягся Кирилл.
- Но это настоящая итальянская граппа.
- Мне наплевать, чья это граппа. Я прошу двести грамм водки.
- Это водка, водка. Водка итальяно, - закивал бармен и налил Кириллу пятьдесят грамм. Кирилл выразительно приподнял бровь. Бармен перелил в большую рюмку и долил до ста. Кирилл снова приподнял бровь и, сжав губы, засопел. Бармен быстрыми движениями исправился, - выдал, как просил Кирилл, сто пятьдесят грамм.
Кирилл опрокинул одним махом предложенную синюю жидкость. Затем в полной тишине рот Кирилла округлялся и расширялся на выдохе, и синхронно ему округлялись глаза бармена.
- Граппа?! - просипел Кирилл, - Да у нас в России, в деревне Кукуево баба Мотя Хренуева на курином помете, знаешь, какой самогон гонит?! А ты меня тут тормозной жидкостью за франки травишь!
Алина дремала в машине, ожидая Кирилла, как вдруг услышала звук тупого удара, и звон падающего стекла.
- Мадам, пора идти, - невозмутимо сказал Серж, и лишь тогда Алина очнулась, обернулась и вскрикнула.
В разбитых дверях стоял сияющий растерянной улыбкой Кирилл, держа руку перед собой руки с расставленными пальцами так, словно приветствуя её, или прощаясь... Она не сразу поняла, что по лицу его со лба хлещет кровь, вся белая рубашка уже алая.
- Нет! - вскрикнула она и бросилась к нему из машины. Она схватила его за руку и побежала в бар
- Врача! Врача! - кричала она, сама не понимая, что кричит по-французски.
Бармен с гримасой ужаса на лице отшатнулся, медленно теряя сознание от вида крови. Алина выпалила французское ругательство и, не выпуская руки Кирилла, побежала с ним к машине. "Врача! Врача! Скорее к частному! К самому дорогому!" - продолжала кричать она на неизвестном ранее ей языке. Открытая рана на лбу пульсировала кровью и казалась ртом, с отвислой губой срезанной, но не до конца кожи. Словно сквозь окровавленные кружева белела черепная кость.
Серж ничего не сказал - тут же нажал на газ.
Алина нашла автоаптечку в машине и дрожащими руками наложила на лоб Кирилла повязку.
Даже оказавшись в успокаивающем голубоватом свете частной клиники, она не лишилась способности говорить по-французски, потребовав косметического шва, сколько бы это не стоило.
И лишь, когда Кирилл вышел из операционной, вздохнула по-русски:
- Ну... т-ты... в рубашке родился! - выдавила она из себя и заплакала у него на плече.
Они вошли в дом, и она остолбенела от с ног сшибающего густого аромата и, увидев розы, розы, розы по всему дому, - упала в кресло, чувствуя, что теряет сознание... Кирилл сел в кресло рядом, и положив руку ей на плечо, просопел:
- Вот так. Хотел сделать тебя счастливой...
- Вот и сделал, - ласково усмехнулась она и поцеловала его.
Вдруг входная дверь скрипнула, и порог переступила кошка. Она смотрела на Алину, одним глазом, другой пряча за створку двери.
- Маруся! - догадалась Алина.
- Ма-а, - ответила кошка и на цыпочках, по колючим стеблям роз подбежав к Алине начала тереться о её ноги.
ГЛАВА 9
С утра к ним прибежала Зинаида, казалось, она лишилась знания русского языка, так взволнованно брызгала она словами, что ничего не было понятно. Лишь иногда до них доходил смысл: "Мсье Кирилл, вы такой импозантный! Вы ли это?! Александр был такой достойный человек!.. Алина такого высокого рода, а... Наш квартал недоволен... Что квартал! Такой переполох! Такой переполох!"
- Пара сматываться из этого курятника, - мрачно заметил Кирилл Алине.
- Да вы просто кретин дез Альпез! - воскликнула Зинаида и замахала какой-то бумагой.
- Из Москвы я. - Серьезно поправил Кирилл.
- Столицы особой вселенной. - Пояснила Алина
- А вот вы как раз из Альп. - Поправили они хором Зинаиду.
- Но я-то не кретин! - задыхалась она от возмущения, - А вот вы себе такое позволяете! Такое!.. А тут ещё эта телеграмма! Да от такого достойного человека! Как вы можете быть допущены в его дом?!
