Карен хотела, чтобы Синди не чувствовала себя одиноко в последний месяц ее беременности. Она проводила с девушкой все свое свободное время. Но теперь ей надо было подготовить ее к тому, что она уедет на десять дней на Восток для осмотра фабрик компании Norm Со. Она не могла поручить заботу о Синди Дефине: у той было полно своих — с Тангелой. Не могла она попросить и сестру: Лиза была на нее жутко рассержена, потому что всю вину за скандал со Стефани в Париже возлагала на нее. Карен отменила программу интерна для Стефани, что еще больше разъярило Лизу. «Делаю я что-нибудь или не делаю — все равно оказываюсь виноватой», — думала Карен. Белл винила всех подряд, включая Арнольда. Поэтому от отчаянья Карен попросила помощи у Карла, привела его в гостиницу и познакомила с Синди. Лучшей сиделки с ребенком, чем Карл, она не могла бы придумать, тем более что ребенок находился еще во чреве матери. Все, что требовалось от Карла во время отсутствия Карен, это придумывать Синди маленькие развлечения, дарить небольшие подарочки и усиленно следить за ее питанием.
И первое, что он сделал, — это подстриг ее, к полному восторгу девушки.
— Я бы советовал вам подкрасить немного волосы. Я знаю, что многие считают, что окраска волос или перманент не подходит беременным, но это полная чушь. Это все абсолютно безвредно.
Карен злобно посмотрела на него. Ей совсем не хотелось, чтобы Карл втирал в кожу девушки какие бы то ни было химикаты. Он понял ее недовольство и, пожав плечами, сказал:
— Впрочем, может быть, лучше я выкрашу вам волосы потом.
Никто из них не хотел упоминать о ребенке. Они были замкнуты в настоящем времени, а не в будущем. Карл понравился Синди, и он был достаточно заботлив, чтобы опекать девушку. Но он настаивал на том, чтобы во время отсутствия Карен они с Синди проводили выходные дни в его собственной квартире. Карен поговорила об этом с Синди, которая неохотно, но все же согласилась.
Поэтому у Карен было спокойно на душе и она могла заняться сборами к поездке на Тайланд и на другие заморские территории, где располагались предприятия Norm Со. Чтобы немного отвлечь подругу от переживаемых неприятностей, Карен попросила Дефину помочь ей составить удобный, красивый и компактный гардероб для предстоящей поездки. Для влажного и жаркого Тайланда Карен нуждалась в легких шелковых и тончайших льняных одеждах.
Уолпер заказал им номера в «Восточном Отеле» Бангкока. Услышав это, Дефина в первый раз после Парижа улыбнулась.
— Это самый лучший отель планеты, — сказала она Карен. — Меня возили туда фотографироваться. И не беспокойся, что помнешь барахло, у тебя будет личный служащий, который мгновенно все выгладит, ты не успеешь даже распаковаться. А все, что можно стирать, включая трусики, будут приносить в номер в коробке с орхидеей в придачу. Это самое романтичное место в мире.
Карен улыбнулась. Все звучало заманчиво, но поездка должна быть сугубо деловой. Ей надо было убедиться, что Уолпер не врет, что условия производства достаточно человечные. Ирония состояла в том, что, инспектируя условия труда низкооплачиваемых рабочих, она сама будет жить в самом роскошном отеле мира.
А тем временем непрерывным потоком поступали заказы на модели черной и белой коллекций. Они почти не справлялись с ними. Джефри был полностью погружен в вылизывание деталей контракта с Norm Со и планы для Милана. Он обещал предоставить все материалы ей, где бы она ни находилась, как только они будут готовы. И, прежде чем он уедет в Милан, пообещал по крайней мере два раза в неделю навещать Синди и ежедневно справляться о ее здоровье.
— Основную заботу возьмет на себя Карл, — уверила Карен Джефри. — Но, пожалуйста, пообедай с ней пару раз, это ведь не так трудно.
— Нормально, — злобновато спародировал Синди Джефри.
Карен выкроила время на то, чтобы по пути в аэропорт остановиться в Рокуил Центре и навестить Арнольда. Когда она приехала, Белл не было дома, Арнольд был один и встретил ее в своей старой пижаме. Она обняла его, ей было приятно почувствовать его плоть. Он казался окрепшим, хотя все еще выглядел не очень хорошо.
— На следующей неделе я приступаю к работе. Хотя врач разрешил мне работать только дома.
— Здорово, папа. Только не переработай. Побольше отдыхай.
— Отдыхать? Здесь? Если мне надо отдохнуть, то надо поехать на работу. Я соскучился по работе. Я соскучился по Иннез. — И, взглянув на Карен, добавил: — Она тоже скучает по мне.
Карен молча кивнула.
— Знаешь что, когда приходится подводить итоги, то все, что остается у человека, — это его друзья и работа, да и то, если ему повезет. — Он взглянул на дочку. — А ты довольна своей работой? — Карен кивнула. — Ты решила продать свое предприятие?
— Я сперва все проверю, — сказала Карен и подробно объяснила про Марианы и свою инспекционную поездку в Бангкок.
Арнольд поднялся с кресла, на котором до этого полулежал.
