Оливия Каспен знает, как получить все, что захочет. За исключением Калеба Дрейка, единственного мужчины, которого она по-настоящему любила.Когда три года спустя она случайно встречает его, то Калеб ее не узнает и не помнит об их романе. Оказывается, он попал в аварию и потерял память. Оливия решает воспользоваться вторым шансом, подаренным ей судьбой, и заново завоевать сердце бывшего.Чтобы план сработал, Оливии придется лгать о самой себе и их общем прошлом. Их страсть сожжет все вокруг, но сможет ли любовь прорасти из пепла?
Посвящается разбитым сердцам
© Сергеева А., перевод на русский язык, 2024
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024
Я – Оливия Каспен, и если я что-то люблю, то превращаю это в настоящую катастрофу. Не специально… но и не случайно. Одного из выживших после моей ядовитой, извращенной любви я вижу прямо сейчас. Он стоит почти в ста метрах от меня, перебирая старые пластинки.
Калеб. Его имя перекатывается в голове, как шипастый железный шар, вскрывая давно зарубцевавшиеся чувства. Мое сердце словно пытается выскочить из груди, и все, что я могу, – это стоять и смотреть. Прошло три года с нашей последней встречи. Тогда он предупредил меня держаться от него подальше. Я вдыхаю влажный воздух и пытаюсь взять под контроль свои глупые эмоции.
Я хочу подойти к нему. Хочу увидеть ненависть в его глазах. Нет, это глупо. Я поворачиваюсь, перехожу на другую сторону улицы, к своей машине, и в этот момент ноги меня подводят. Кончики пальцев покалывает нервный азарт. Сжав кулаки, иду обратно к окну. Это моя часть города. Как он смеет здесь показываться?
Он склоняется над коробкой с музыкальными дисками и оборачивается, глядя на что-то за своей спиной: я вижу его характерный профиль. Сердце сжимается. Я все еще люблю его. Осознание этого меня пугает. Я думала, что уже все пережила. Думала, что легко справлюсь с этой случайной встречей. Я ходила на терапию. У меня было три года, чтобы…
Оставить все в прошлом. Свариться в чувстве вины.
Я бесцельно копаюсь в себе еще какое-то время, а затем разворачиваюсь спиной к Калебу и музыкальному магазину. Я не могу. Не хочу снова в этом увязнуть. Хочу спуститься с крыльца – и вдруг тучи, нависающие над Майами уже неделю, внезапно издают оглушительный грохот, подобно старым трубам. Я не успеваю сделать и двух шагов – ливень обрушивается на тротуар, и моя белая блузка мгновенно намокает. Я быстро возвращаюсь под навес на крыльце. Смотрю на своего старого «Жука» сквозь дождь: нужно только пробежаться немного – и я уже буду на пути домой. Но мысли о побеге прерывает голос незнакомца. Я отшатываюсь, не уверенная в том, что обращаются ко мне.
– Красное небо – к беде.
Разворачиваюсь и вижу мужчину – он ближе, чем позволяют приличия. Удивленно ойкнув, отступаю на шаг. Он сантиметров на тридцать выше меня – весь мускулистый, хотя это и не делает его привлекательнее. Держит руки под странным углом – пальцы напряжены и расставлены в стороны. Мой взгляд цепляется за бородавку в центре лба, похожую на мишень.
– Что?
Я растерянно встряхиваю головой. Пытаюсь увидеть Калеба за его плечом. Он все еще там? Стоит ли мне войти в магазин?
– Это старая примета у моряков, – мужчина пожимает плечами.
Перевожу взгляд на его лицо. Оно кажется смутно знакомым. Размышляя, стоит ли послать верзилу подальше, одновременно пытаюсь вспомнить, где видела его прежде.
– У меня есть зонт, – он поднимает зонт с цветочным узором и пластиковой ручкой в виде маргаритки. – Могу проводить вас к машине.
Я смотрю на небо – оно и правда кажется мрачно-красным, – и меня пробирает дрожь. Мне хочется, чтобы этот мужчина оставил меня в покое. Я собираюсь так и сказать ему, но тут мне приходит в голову мысль: а если это знак? Небо красное. Нужно убираться отсюда!
Разглядывая облупившийся лак на ногтях, я обдумываю его предложение. Я не суеверна, но у незнакомца есть зонт, под которым будет сухо.
– Нет, спасибо, – говорю я.
Оглядываюсь на магазин – и понимаю, что все уже решила.
– Ладно. Надвигается ураган, но как хотите.
Он снова пожимает плечами и уходит в дождь, не открывая зонта.
Я смотрю ему вслед. Он идет, согнув широкую спину, будто прикрывая ею от ливня остальное тело. Он и правда огромный. Через несколько секунд он исчезает за завесой дождя. Я откуда-то его знаю – но я точно запомнила бы такого дылду, если бы встречала его раньше. Поворачиваюсь к магазину. Яркие буквы на вывеске складываются в надпись: «Музыкальный гриб». Заглянув в окно, я ищу Калеба. Он стоит там же, где и раньше, в разделе с регги. Даже отсюда видно, как он слегка хмурится.
«Он не может выбрать», – думаю я. И морщусь, запоздало осознав, что именно я делаю. Я больше не знаю его. Я не могу понять, о чем он размышляет.
Я хочу, чтобы он поднял голову и увидел меня, но этого не происходит. Поскольку я больше не хочу топтаться у крыльца, как маньячка, я собираюсь с духом и захожу внутрь. От кондиционера сразу становится холодно – я дрожу. Слева от меня – высокий стеллаж с бонгами: я прячусь за ним и достаю зеркальце, чтобы проверить, как я выгляжу.
Украдкой поглядывая на Калеба, я поправляю пальцем смазавшийся макияж под глазами. Наша встреча должна казаться совершенно случайной.
Передо мной стоит бонг в форме головы Боба Марли. Я смотрю в его стеклянные глаза и репетирую удивленное лицо. Как же низко я пала! Я сама себе отвратительна. Пощипав себя за щеки, чтобы не казаться такой бледной, я выхожу из своего укрытия.
