Объяснение приведенной выше теории можно найти в книге немецкого разведчика Вильгельма Фильхнера. В своей книге «Шторм над Азией» (Sturm über Asien, 1924) он связал советскую кампанию по присоединению Центральной Азии с проявленным в начале столетия интересом династии Романовых к Тибету. В 1926 году Рерихи доставили советскому министру иностранных дел Чичерину горсть земли, переданную предположительно махатмами Тибета для того, чтобы он положил ее на могилу Ленина. Елена Рерих причисляла и Маркса и Ленина к махатмам и утверждала, что эмиссары гималайских махатм даже встречались с ними: с Марксом – в Англии, а с Лениным – в Швейцарии. Махатмы поддерживали коммунистические идеалы вселенского братства и разделяли антицерковную политику Советов.
И это было вполне логично, ведь тибетские пророки вещали о распространении «желтой веры» во всем мире. Еще Владимир Соловьев замечал, что теософское общество Блаватской приоткрывает завесу над агрессивными устремлениями буддизма в отношении христианских стран: «Как бы то ни было, при всех теоретических и нравственных изъянах в теософическом обществе, если не ему самому в его настоящем виде, то возбужденному им необуддийскому движению предстоит, по-видимому, важная историческая роль в недалеком будущем. Книга Е. П. Блаватской «Тайная доктрина», так же как и другие произведения ее и ее единомышленников, особенно интересны, на наш взгляд, потому, что представляют буддизм с новой стороны, которую в нем едва ли кто подозревал – а именно как религию, хотя и без твердых догматов, но с очень определенным и, в сущности, исключительным направлением к самообожествлению человека и против всяких сверхчеловеческих начал, стремящуюся при том к распространению, к прозелитизму»[37]. Согласитесь, воинствующе-наступательный характер для медитирующе-безобидного буддизма – это почти то же самое, что летающий слон. Не произошла ли тут подмена самой сути? В другой статье, продолжая необуддийскую тему, Соловьев замечает: «Мы имеем здесь дело с любопытным явлением наступательного движения буддизма на западный мир. Утверждать невозможность такого движения на основании мирного и пассивного характера буддизма, которому якобы чужд всякий прозелитизм, есть явная нелепость. Ибо без прозелитизма религия, возникшая на берегах Ганга, не могла бы распространиться до Малакки и Филиппинских островов, до Японии и Сибири»[38]. Что ж, замечание выдающегося мыслителя, бесспорно, имеет под собой веские основания. Попробуем разобраться, какое отношение к буддизму имеет так называемый необуддизм – это новое, весьма агрессивное оккультное учение Тибета.
Уже в начале ХХ века тибетские ламы сочли, что века ожидания прошли, пришло время действий. Как пишет Н. Рерих, «с 1924 года по тибетскому летоисчислению началась новая эра. Век считается не в сто лет, а в шестьдесят»[39]. На протяжении веков служба с участием Далай-ламы кончается тем, что «Живой Будда благословляет присутствующих, поворачиваясь поочередно во все стороны света, и наконец замирает, простирая длани к северо-западу, то есть к Европе, куда, согласно заветам Желтой веры, будет распространяться учение мудрейшего Будды»[40]. Как свою победу, восторженно приняли тибетские ламы советскую революцию, имеющую намерение разрушить христианские устои в обществе. В этой связи знаковым оказывается более чем эмоциональное письмо тибетских махатм вождям Советского Союза, привезенное в 1926 году Н. Рерихом, в нем уважаемые махатмы восклицали: «В Гималаях мы знаем совершаемое вами! Вы упразднили церковь, ставшую рассадником лжи и суеверий; вы уничтожили мещанство, ставшее проводником предрассудков; вы разрушили тюрьму воспитания; вы уничтожили семью лицемерия; вы сожгли войско рабов; вы признали, что религия есть учение всеобъемлющей материи; вы признали ничтожность личной собственности; вы угадали эволюцию Общины, вы преклонились перед красотою; вы принесли детям всю мощь космоса. Мы признали своевременность вашего движения и посылаем вам всю нашу помощь»[41]. Позже, комментируя послание Махатм, известный последователь рериховского учения В. Клещевский добавлял огня: «Заскорузлая «библейская идеология» стала тормозом на пути и науки, и нравственности, мертвые догмы надо было убрать. Любой ценой. Православие как забор держало ум и душу человека в потемках… Ленину было конкретное задание – «уничтожить церковь»[42].
