— Возможно. Но я готов поспорить на сотню фунтов стерлингов, что если бы я сказал, что вы мне нравитесь, и предложил уединиться — вы тут же выскочили бы из платья! — Алрой рассмеялся, ослабляя хватку. — Если хотите, мы можем прекратить танец прямо сейчас…
— Нет, — презрительно бросила мисс Мейси. — Тогда у меня точно не получится избежать позора. Оказывается, вы еще больший нахал, чем писал мой племянник!
— Да. Вот только уточните, это он писал в тех самых письмах, что вы брались доставить адресату? Так где они? Мне тоже было бы интересно увидеть хотя бы строчку.
Алисия вспыхнула. Похоже, письма и впрямь хранились у нее, возможно, она даже вычитала там что-то полезное для себя.
— Вы не понимаете, с кем связались, — прошипела мисс Мейси, впиваясь ногтями в его ладонь сквозь атласные перчатки. — Я слишком много знаю про вас, чтобы так швыряться в меня оскорблениями!
— Не сомневаюсь — бедняга Тони, наверняка, выдал все наши маленькие шалости, — попытка огрызаться вывела Алроя из себя. Как смеет эта старлетка показывать ему кукиш?! — Но, насколько я знаю, сегодня утром он вступил в право наследования. Так что ваши молочные реки иссякли, Тони отныне имеет все права самостоятельно доразорить наследство.
Похоже, новость огорошила Алисию. Несколько минут она, красная как помидор, по инерции улыбалась, а потом замедлила движения. Видимо, боролась с собой, чтобы окончательно не сбежать от навязчивого кавалера.
— Вас это не касается, — растягивая слова, ответила она.
На ее счастье, музыка закончилась. Мисс Мейси фыркнула, как разъяренная кошка, отпрянула от Алроя и рванула к столу с бокалами.
— Хотите совет? — придержав ее за локоть, прошептал он. — Охмурите старичка Пинчера — он уже пятый год вдов, ваши прелести, наверняка, не оставят его равнодушным…
Договорить Алрой не успел, Алисия резко рванула руку и чуть ли не бегом поспешила прочь.
Энтони чувствовал себя неловко, словно влез в сорочку на пару размеров меньше. Восковые улыбки с холодными глазами знакомых и увиденных первый раз в жизни людей, душный воздух, пропитанный потом и смешавшимися в единый клубок ароматами духов. Обстановка больше походила на спектакль с плохими актерами, не старавшимися даже прикрыть фальшивые выражения на лицах. Они пили, ели, танцевали, говорили, шутили — но ни одной истинной эмоции не проскальзывало ни в словах, ни в жестах, ни во взглядах.
И, похоже, только один человек во всем этом фарсе наслаждался происходящим — Алрой. Он обходил гостей, которые при его появлении каменели или начинали нервно смеяться, отсыпал остроты, делал недвусмысленные комплименты или попросту смотрел на них так, что необходимость в чем-то еще отпадала сама собой. Энтони начал подозревать, что друг пригласил всех присутствующих только для того, чтобы развлечься самому. Исключение — девушки, приглашаемые на танец. Они единственные радовались его компании и сияли, как майские звезды, когда он кружил их по залу. Вот только не покидало ощущение, что напрасно девицы на выданье хохочут и смущаются — сердце друга свободно. Алрой смотрел на партнерш скупо, холодно, будто не обнимал девушек, а покупал форель в бакалейной лавке. Иногда в его взгляде проскальзывала и брезгливость, смешанная с издевкой. Подобное Энтони заметил, когда друг встал в пару с тетушкой Алисией.
Само присутствие мисс Мейси удивило и обескуражило. Выходит, Алрой нарочно пригласил ее на бал, хотя и знал, что Энтони непременно придет, да еще и с Мари. Вывод напрашивался сам собой — для сэра Шелди-Стоуна друг юности не значил ровным счетом ничего. Эта мысль пульсировала в мозгу, сея в груди тревогу и леденящее чувство опасности.
— Тони, — настойчивый голос с надменным оттенком вырвал его из воспоминаний.
Рядом, как нечисть из табакерки, возникла мисс Мейси с красными щеками и стиснутыми губами. Похоже, тетушка была не на шутку рассержена. Не хватало еще попасть в центр скандала, после которого имя Джортанов будут полоскать в Темзе вместе с грязным бельем. Вот только и забывать про махинации с наследством он не собирался.
— Да, мисс Мейси, — приподнимая одну бровь, ответил Энтони, за локоть притягивая к себе Мари. — Что вам угодно?
Жест не остался незамеченным — двоюродная тетка презрительно скривила губы.
— Мне нужно поговорить с тобой. Наедине.
— А мне кажется, что нам не о чем разговаривать. Особенно здесь и сейчас.
— Тони, — Алисия перешла на нравоучительный тон. — Ты должен уважать родных и близких людей. Или тебе приятнее вращаться в нищете?
Энтони не выдержал. Подобные заявления, да еще и намеки на разорение казались кощунственными. Особенно в свете того, что эта женщина сделала немало, чтобы опустить его на дно.
— Вашими стараниями, это вполне может случиться. Впрочем, мне и сейчас компания дворецкого Шелди-Стоунов милее, чем ваша, — сквозь зубы выпалил он, понимая, что получилось чересчур резко.
— Ах вот как! — багровея, процедила Алисия. — Ты ничуть не лучше своего дружка! Не удивлюсь, если он тоже подберет с улицы шлюшку и будет выдавать ее за что-то большее!
