Второе зрение Литера не уступало в необычности первому. Он обладал способностью напрямую общаться с библиариями ордена через бездны космоса, обходя собратьев-астропатов. Он мог пронзить ужаснейшие завесы и уловить тишайший отголосок телепатической молитвы из предательских течений эмпиреев.
Литер мог видеть сквозь все, кроме тени в варпе. Она оставалась непроницаемой даже для него.
Завидев старшего библиария, Данте остановился, ожидая, пока тот подойдет ближе. Мефистон поприветствовал его. Астропат опустился на колени, склонив голову, пока Данте не повелел подняться.
— Мой господин, как проходит сбор? — спросил Мефистон сухим, шелестящим голосом. Во время истинной ночи его голос становился сильнее. Нечто в старшем библиарии отвергало день.
— Хорошо, — ответил Данте. — Наши братья действуют быстро, как и должны. Флот-улей скоро появится здесь. Время проявило к нам щедрость, но теперь оно истекает.
Данте то и дело вскидывал взгляд в небо, мимо кораблей, мимо лун и солнца — туда, где через убийственные глубины космоса к Баалу плыли рои чудовищ-пришельцев.
— Уже прибыли двадцать семь орденов, мой господин, — сказал Литер. Хотя он преклонил колени в знак почтения, но, как старший представитель другой организации-адептус, ничуть не стеснялся свободно говорить перед магистром ордена. — Еще больше обещали помощь. Здесь есть Ордены Крови, которых не найти ни в одном свитке, что могут откопать схоласты либрариума. В самых безумных надеждах я и мечтать не мог о таком ответе.
Длинная изумрудная мантия Литера яростно хлопала на ветру затмения. Его удивительные глаза сверкали рвением.
— Сыны Великого Ангела неизменно верны, — произнес Мефистон.
— Здесь, в системе, уже собрались больше пятнадцати тысяч сыновей Сангвиния, — сказал Данте. — Согласно предварительным оценкам, в итоге мы можем быть благословлены двадцатью пятью тысячами. Каждый прибывающий воин — еще один камень в защитной стене против Левиафана.
Данте чувствовал пристальный взгляд Мефистона. За последние месяцы командор изменился. Усталость, которую он так стремился скрыть от других, исчезла, прежняя бодрость словно бы вернулась. Но вместе с тем он стал более замкнут и выглядел мрачным. Последний приближенный слуга Данте, Арафео, в конце службы предложил ему свою кровь. Данте не мог отказаться, даже если бы хотел этого. Вновь обретенная энергия исходила из смерти, которая и станет его наградой.
Данте не сомневался, что Мефистон чувствует это. Значит, так и должно быть. Данте даже не пытался скрыть от библиария свой позор.
— Есть ли новости с Кадии? — спросил Данте.
— Едва ли, мой господин, — сказал Мефистон. Немногие дошедшие до нас, не несут ничего хорошего. Силы Хаоса собираются в системе Диамор в устрашающих количествах. С тех пор, как Асторат сообщил, что они с капитаном Сендини направляются к Диамору, мы не слышали ничего. Карлаэн, Афаэль и Фаэтон, скорее всего, уже прибыли туда.
— Мы не получали вестей об их удачном переходе, — тихо добавил Литер.
— Возможна ли их гибель? — спросил Данте.
Мефистон на мгновение прикрыл глаза. Его лицо застыло посмертной маской. Броня не позволяла различить ни малейшего движения. Не в первый раз библиарий показался Данте и впрямь бездыханным.
— Они все еще живы, — сказал Мефистон. — Иначе я бы знал.
— Это уже что-то как минимум.
— Представители либрариума отправятся на Баал-Секундус и добавят усилия к стараниям астропатов на тамошнем пункте связи. Возможно, вскоре мы услышим весть. Но у нас есть новости получше. — Владыка Смерти указал на Литера. Астропат поднял футляр для свитков, сделанный из полированного гематита с каплями кровавого камня.
— В этом футляре, — пояснил Литер, — находятся детали астропатических сообщений от шести из боевых флотов, которые вы отослали зачищать ближайшие планеты. К сожалению, они фрагментарны. Тень в варпе уже надвигается на нашу территорию и нарушает коммуникации. Но содержание достаточно ясно. Их работа продолжается. Тираниды не найдут ничего, способного подпитать их вторжение. Многие ордены повинуются вашим приказам. Кажется даже, будто возродился древний легион.
— Возможно, — сказал Данте. Литер неявно сравнил его с Сангвинием, и будущее встревожило его. Пока усилий оказалось недостаточно, Лефиафан продолжал двигаться. — Я боюсь, этого не хватит.
— Но зато зрелище впечатляет, верно? — спросил Мефистон, не став спорить со страхами Данте. Они не слишком верили в абсолютный триумф. Оба встречались с Великим Пожирателем несколько раз, и совсем недавно — в пирровой победе при Криптусе. Они своими глазами видели мощь разума улья. — Хотел бы я знать, не такая ли картина предстала перед нашим отцом, когда тысячи лет назад он собирал здесь легион. Глядя на это, я словно чувствую его. Тьма перед нами велика, но ощутить близость к примарху — бесценно.
