Помню, один человек со мной делился: «Знаете, батюшка, я вот чувствую, что у меня нет к моей матери никаких добрых чувств. Я все делаю, что нужно: поздравляю с праздниками, навещаю, всегда ей помогаю, приезжаю, но при этом это все делаю не то чтобы через силу – а просто потому, что так надо делать. А чувств нет. Вспоминаю ее – никаких теплых чувств не испытываю. И меня это беспокоит, потому что это же неправильно, это же моя мать родная». Ну, так у них сложилось, в детстве что-то было не то. И вот он как-то решил: «Ну что я могу теперь поделать. Буду молиться». Он начал молиться, и потом он со мной поделился через некоторое время: «Знаете, такая радость: я почувствовал, что у меня согрелось сердце спустя какое-то время, я начал скучать по матери – действительно скучать! Я говорю по телефону – и если раньше это было обязанностью: позвонить ей и какие-то дежурные слова сказать, узнать, как самочувствие, то сейчас – переживаю! Я чувствую, что в сердце это появилось, что она мне дорога! Что радостно слышать ее голос, радостно, когда у нее все хорошо. И я так благодарен Богу, потому что я знаю – это от Бога, потому что раньше у меня этого не было!»
Я не верю, что без Божией помощи, без благодати Божией можно изменить свое сердце. Поэтому я бы посоветовал, с одной стороны, поступать по отношению к своим родителям так, как будто у вас эта любовь есть, а с другой стороны – молиться и просить Бога, понимая, что без этого мы не станем настоящими людьми, если не сможем своей любовью покрыть недостаток любви к нам наших родителей.
– Понятно, что родители – старше, они имеют авторитет, они имеют право учить. Но разговоры родителей с детьми обычно строятся односторонние, не как диалог, а как доведение до ребенка определенной информации или требований. И дети постоянно страдают от непонятости родителями. Как быть услышанными родителями?
– Я думаю, что ребенок, которому уже 30 лет или даже больше – он должен, конечно, быть мудрым, должен понимать немощь своих родителей, и снисходить к этой немощи. Он должен понимать, что у родителей есть «комплекс»: видеть в нем всегда ребенка, даже тогда, когда он уже давным-давно таковым не является. Родители, которые привыкли в детстве иметь большое влияние на ребенка и контролировать все его движения по жизни, не улавливают момент, когда ребенок вступает в такой возраст, когда это уже делать невозможно. Для них он и в 30 лет, и в 40 должен точно также быть перед ними открыт и послушен.
Это опять же, повторимся, вопрос ума. Умные родители в какое-то время понимают, что как бы им ни было больно и обидно, но уже началась собственная, самостоятельная жизнь их ребенка. Родители могут сказать свое мнение, могут не согласиться с чем-то, могут даже возмутиться, но они должен понимать, что это его жизнь, он должен сам прожить ее. Если родители это понимают – там обычно все хорошо складывается. Но их мало – тех, кто понимает. Больше тех, которые соглашаются, когда с ними говоришь об этом, но на практике… они все равно хотят иметь большее влияние на своего ребенка, чем то, на которое они имеют право.
Часто родители спрашивают меня: «Как я могу, батюшка, повлиять на своего сына, он делает то-то и то-то?». Никак уже! Все. Влиять можно было раньше. Сейчас – молитесь за него. Конечно, вы можете и, наверно, должны сказать ему, что здесь он не прав и т. д. Но при этом оставить за ним право согласиться с вами или не согласиться и продолжать его любить, независимо от того, поступит ли он так, как вы хотите, или поступит по-своему. Если он поступит по-своему, то принять это как его полное право. Ни в коем случае от этого не должны пострадать ваши отношения. Не обижаться, не надуваться, не отворачиваться, не говорить, что «я тебя знать не знаю, ты мне не сын или не дочь!»
Но если родители на это не способны (а таких большинство), по мере взросления дети должны становиться умными и брать эту неспособность родителей в расчет. Понимать, что «моя мама никогда не согласится с моим желанием быть самим собой, но я все равно буду самим собой». Дети, становясь взрослыми, должны находить золотую середину. То есть, они должны пытаться, насколько возможно, говорить со своими родителями и объяснять им, что «Я уже не маленький, я буду сам принимать в жизни решения. При этом, если я не делаю так, как ты, мама, от меня хочешь, это вовсе не значит, что я тебя не люблю. Я тебя любил, люблю и всегда любить буду, но делать я буду все-таки так, как считаю нужным. Я тебя выслушаю. И если ты мне расскажешь что-то такое, с чем я соглашусь, то сделаю так и буду тебе благодарен. Но все-таки решение принимать буду я».
