Что касается интеллекта, здесь мы также наблюдаем очень характерные особенности, настолько отличающиеся от характеристик черной расы, что если последнюю я назвал «женской», то желтую уместно причислить к «мужским». Абсолютное отсутствие воображения, общая тенденция к удовлетворению естественных потребностей, упорство и последовательность в отношении повседневных дел, определенный инстинкт личной свободы, выражающийся у большинства племен в приверженности к кочевой жизни, а у более цивилизованных народов в уважении к домашнему очагу, слабая активность, отсутствие любознательности и страсти к украшениям, столь характерной для негров — вот основные черты всех ветвей монгольского семейства. Отсюда глубоко укорененная гордость за приземленные стремления и за умение удовлетворять их. Все, что не входит в круг знакомых вещей и понятий, кажется им бессмысленным и вызывает у них только жалость и сочувствие. Желтые народы больше довольны самими собой, чем негры, чье пылкое воображение постоянно влечет их за пределы существующих вещей.
Но надо признать, что эта общая тенденция к повседневности и узость мышления, следствие отсутствия воображения, придают желтым большую социабельность, чем у негров. Даже самые неспособные из них в продолжение столетий имели одну-единственную цель — прокормиться, одеться и найти жилище, и в конечном счете добились в этом больших результатов, нежели люди не менее ограниченные по природе, но без конца обуреваемые размышлениями, которые подсказывает им необузданное воображение. Поэтому желтые народы более искусны во многих делах, и мы с удивлением находим на их землях древние следы горнорудных работ. Это можно назвать первобытным и национальным пред назначением желтой расы. Эти низкорослые люди — хорошие кузнецы и ювелиры, а судя по тому, что они пронесли эти навыки через века до наших дней (кстати, восточные тунгусы и жители Охотского побережья, дучеры и другие народности искусны в кузнечном деле не меньше, чем пермяки в скандинавских песнопениях), можно заключить, что во все времена финские народы составляли пассивную часть некоторых цивилизаций.
Откуда же пришли эти народы? С великого американского континента. Такой ответ дают физиология и лингвистика; такой вывод можно сделать из того факта, что с самых древних времен, еще до той эпохи, которую мы называем первобытной, массы желтого населения собрались на крайнем севере Сибири, а оттуда двинулись на запад.
Они считали себя потомками обезьян и очень гордились этим. Поэтому неудивительно, что в индийском эпосе, где речь идет о местных помощниках героического супруга Ситы в его походе против Цейлона, эти люди называются просто армией обезьян. Возможно, Рама действительно воспользовался помощью желтых племен, живших на южных склонах Гималаев, чтобы победить черные народы на юге Декана.
Как бы то ни было, эти племена были очень многочисленны, что я собираюсь продемонстрировать.
Существует неоспоримый факт, что белые народы всегда были оседлыми и поэтому никогда не покидали по доброй воле свои земли. Самое древнее известное становище белой расы находилось в горной долине Центральной Азии, и если они ушли оттуда, то потому лишь, что их прогнали. Я допускаю, что некоторые семейства могли оказаться жертвами насилия своих сородичей. Я допускаю это в отношении эллинских племен и зороастрийцев, но нельзя предположить такую ситуацию в отношении всех белых переселенцев. Целая раса не должна была уйти из родных мест почти одновременно, и тем не менее это случилось перед 5000 г. до н. э. В эту эпоху и во времена, близкие ей, хамиты, семиты, арийцы, кельты и славяне покидают свои земли. Белая раса разбредается в разные стороны, оставляя родные долины желтым. Причиной могло быть только очень сильное давление со стороны диких племен.
С другой стороны, физическая и моральная слабость многочисленных завоевателей настолько очевидна и доказана, что их вторжение и конечная победа обусловлена только явным численным превосходством. Поэтому нет сомнения в том, что Сибирь кишела финскими племенами, о чем имеются исторические свидетельства. Я лишь замечу следующее: допуская победу желтых народов над белыми и рассеяние последних, необходимо принять один из двух вариантов.
Либо территория, на которой жили белые народы, простиралась далеко на север и очень мало на восток, достигая в первом направлении среднего Урала, а во втором не доходя до Куэнь-Луня, что, по-видимому, обусловило определенное движение в северо-западные степи.
Либо эти народы, скопившиеся на вершинах Муц-тагха, в горных долинах этой цепи и во всех трех районах Тибета, были очень немногочисленные и имели недостаточно пищи.
Вначале я объясню, почему я ограничил ситуацию двумя вариантами. Затем изложу причину, почему следует отбросить вторую гипотезу и принять первую.
