1 — Жидкий огонь — греч. — более известен как «греческий огонь». Это зажигательная смесь, до крайности обросшая легендами и мифами. Византийцы использовали греческий огонь на кораблях, метая его медными устройствами — сифонами, а также в осаде крепостей, доставляя до противника в деревянных бочках и глиняных сосудах — посредством метательных машин. Современники греческого огня писали, что он горел даже на поверхности воды, что очень актуально на море — нет для корабля бедствия страшнее, чем пожар, даже несмотря на изобилие воды вокруг. Первое и самое знаменитое применение греческого огня произошло при двух осадах Константинополя (674 и 717 годы), когда целых два гигантских флота арабов, решивших взять Константинополь, сгорели дотла, превратив затею в безнадёжную. На суше византийцы безальтернативно проигрывали, но зато сумели парализовать морское передвижение арабов, из-за чего удержали свою столицу. Иронично, но последнее упоминание применения греческого огня тоже было при осаде Константинополя (1453 год), ставшей роковой для последней Римской империи.
— Дикари до сих пор орут друг на друга, — сообщил Ниалль, двигая ушами.
— Это неважно, — усмехнулся Савол. — Нужно срочно добыть еды. А ещё как-то узнать, что такое «камера».
— Если маскировка не работает, может, стоит обойтись без неё? — предложил Ниалль. — Мы вызвали целый шквал нездорового беспокойства там, где наличие котов не должно никого удивлять.
— Ты прав, — вздохнул Савол. — Снимаем.
Если бы на этом узком просвете среди кустарника был посторонний, он бы увидел, как там из ниоткуда возникло целых два чёрных кота.
— Неподалёку кто-то сдох, — принюхался Ниалль. — Проверим?
— Собака, — помотал мордой Савол. — Терпеть не могу этих тварей…
— А кто может? — усмехнулся Ниалль. — Разве есть хоть один разумный и благовоспитанный кот, способный терпеть рядом с собой общество неряшливой псины?
— Килат, если только, — ответил Савол со смешком.
— Ой, не напоминай… — страдальческим тоном попросил Ниалль. — Этот любитель псов доводил меня до безумия в академии. Почему его не сдали в лечебницу? Он же точно душевнобольной!
— И, одновременно с этим, великолепный маг воздуха, — напомнил Савол. — Даже если бы он бесконтрольно гадил под себя, его бы, всё равно, держали на хорошем счету. Даже если бы он систематически трахал какую-нибудь шелудивую псину, его бы, всё равно, носили на руках.
— Знаю-знаю… — протянул Ниалль. — Кому-то просто суждено было родиться в нужной кондиции и быть любимым всеми.
— Простым парням, вроде нас, приходится выцарапывать своё когтями и клыками, — с грустью вздохнул Савол. — А котам, родившимся на шёлковых простынях, всё достаётся на блюдечке. Но так устроен мир.
— Ты-то своё, получается, уже урвал, — хмыкнул Ниалль.
— Я поделюсь с тобой частью дохода с патента, — пообещал Савол. — Я не забываю тех, кто мне помогает.
— Я благодарен тебе за это, — улыбнулся Ниалль. — Но перспектива выкарабкаться из этой ситуации мне видится маловероятной… Наше бегство похоже на акт отчаянья.
— Тебе так кажется только потому, что ты не знаешь того, что знаю я, — произнёс Савол. — В Протекторате, в обозримом будущем, кое-что кардинально изменится. Нужно только подождать.
— Что ты знаешь? — живо заинтересовался Ниалль.
— Всему своё время, партнёр, — ответил Савол. — Тем более, что гарантий никаких нет, и никто не может точно спрогнозировать грядущий ход событий. Я буду выглядеть глупо, если наговорю тебе всякого, а затем всё сложится совсем не так…
— Я подожду, — решил Ниалль.
— Теперь о наших планах на ближайшую перспективу, — продолжил Савол. — Необходимо найти место, где мы сможем обитать неопределённое время, с едой и водой.
— Найдём, не сомневаюсь, — уверенно ответил Ниалль. — А затем? Ты собираешься выяснять причины неотвратимой гибели этого мира?
— Неизвестно, сколько нам здесь придётся просуществовать, — ответил на это Савол. — Поэтому придётся выяснить всё в подробностях. Это в наших интересах. А ещё, в наших же интересах, спасение этого мира. Я никогда не работаю бесплатно, но, в этот раз, придётся сделать исключение.
— А если сохранить этот мир уже невозможно? — спросил Ниалль. — Что тогда?
— Тогда придётся связаться с Огизис, — вздохнул Савол.
