Таким образом, благодаря огромному вниманию ЦК партии, правительства, Академии наук основное формирование Сибирского отделения произошло за год с момента принятия постановления о нем — срок неслыханно короткий, когда речь идет о научном центре.
ГЛАВА 8
ЛЮДИ ПЕРВОГО НАБОРА
Исторически сложилось так, что основная масса научных институтов и почти все академики и члены-корреспонденты работали в Москве и Ленинграде. Это было даже зафиксировано до 1935 года в Уставе Академии, согласно которому при выборах новых членов требовалось присутствие “не менее двух третей всех живущих в Ленинграде и Москве академиков”. На всю Сибирь и Дальний Восток мы имели в 1957 году только одного работавшего в Томске члена-корреспондента — физика В.Д. Кузнецова.
После принятия решения правительства и Академии наук о создании Сибирского отделения главным вопросом стало формирование его кадров. Нужно было привлечь в Сибирь крупных и перспективных ученых, способных возглавить новое дело, решать большие задачи государственной важности. И второе условие — у этих ученых должны быть способные ученики, молодежь, которая последовала бы за своими учителями. Мы исходили из того, что в каждом институте должен быть авторитетный научный лидер, который и определит (по крайней мере, на первые годы) лицо института. Короче, мы придерживались принципа — создавать институт “под директора”, а не искать директора для задуманного (пусть даже и хорошо) института. При этом важно было найти ученых-лидеров для всех основных направлений науки, которые необходимы для создания комплексного научного центра.
Чтобы перспективный ученый согласился уехать из Москвы в Сибирь?! Многим эта затея казалась совершенно сумасбродной. Конечно, для этого требовалась определенная психологическая ломка. Но я был глубоко убежден, что найду единомышленников. Ведь в Москве накопилось много ученых, получивших прекрасные научные результаты, но не имевших условий для дальнейшего развития своих идей. В Сибири же они могли рассчитывать на большую самостоятельность, получить людей, помещения, средства — все необходимое для реализации своего потенциала.
Ученые старшего поколения с большим энтузиазмом отнеслись к идее создания научного центра в Сибири. Они подбирали и рекомендовали сюда крупных специалистов, в том числе своих учеников, выдвигали предложения по новым институтам и направлениям исследований.
Академик И.В. Курчатов заложил основы одного из наших лучших институтов — ядерной физики, направив туда из своего Института атомной энергетики большую группу во главе с талантливыми молодыми учеными.
Академик И.М. Виноградов помог организовать математиков, академик А.П. Виноградов — геологов и геофизиков (ныне его именем назван Институт геохимии в Иркутске). Академики А.В. Винтер и Г.М. Кржижановский ратовали за организацию в Иркутске энергетического института и дали кадры для него. Академик В.Н. Сукачев настаивал на всестороннем изучении и использовании растительных ресурсов Сибири (теперь его имя носит Институт леса и древесины в Красноярске). Директором-организатором Института экономики был академик B.C. Немчинов.
Огромное значение имело выделение правительством и Академией наук специальных “сибирских” вакансий для выборов в академики и члены-корреспонденты. Выборы по Сибирскому отделению были не совсем обычными. В список кандидатур, опубликованный перед выборами, вносились лишь те, кто уже работал в Сибири и на Дальнем Востоке или выразил желание переехать туда на постоянную работу.
Кандидатов выдвигали самые различные учреждения — академические, отраслевые, промышленные. Выбирала же ученых для Сибири вся Академия наук, и выборы были без послаблений. Достаточно сказать, что пять вакансий членов-корреспондентов остались незанятыми.
Наука в Сибири получила невиданное ранее пополнение кадрами высшей квалификации. Это была замечательная плеяда ученых — пионеров движения науки на восток. Они не обманули возлагавшихся на них надежд.
Илья Несторович Векуа — крупный специалист в области математической физики, воспитанник тбилисской математической школы. В Сибири он основал теоретический отдел в Институте гидродинамики, где продолжил свое известное исследование в области интегральных уравнений, стал одним из создателей и первым ректором Новосибирского государственного университета и уехал отсюда только по настоятельной просьбе Грузинской Академии наук, президентом которой он был избран и оставался на этом посту до конца жизни.
