— Они заходили ко мне в гости.
— И ты подарила им замок!
— Это скорее пропуск на одну семью и в один мир. Хорошо, что ты смог им воспользоваться по-семейному. Этот протез — тоже пропуск, твой личный, но уже универсальный.
Гель вернул прозрачность, я увидел свою новую руку.
На первый взгляд протез был неотличим от нормальной, живой и, главное, моей руки. Цвет кожи, длина пальцев и все, что касалось мне ненормальным на первый взгляд, ушло, как и обещала хозяйка. На запястье, там, где я рубанул катаной, остался тонкий бесцветный шрам. Я уверен, что необыкновенный медицинский аппарат, за пару минут прирастивший мне протез, мог и его убрать, но зачем-то оставил. Возможно, так приказала хозяйка из вредности.
Это не значило, что с рукой не было проблем. В ней бурлила энергия, сразу непонравившаяся ликвору. Я чувствовал их битву, незаметную для окружающих. Энергия эта говорила со мной примерно так же, как и ликвор, не словами, а непривычными ощущениями. И ее послание я расшифровывал так, что новая рука считает своим новым протезом меня, а не наоборот, как мне бы хотелось.
Прислушавшись к этим сигналам, я уловил явное сходство с ментальными атаками Влада Пижонова и Ирины Орловой, которые я успешно пережил, почти и не заметив.
Да что ж такое! Каждый встречный пытается мне мозги промыть, даже чертов имплант. Во мне горячей волной поднялась злость, и ее жар я направил в руку. Протез ошарашенно замолк, а потом взмолился вполне человеческим языком: «Хватит! Я должен был попробовать! А теперь давай дружить, что ли, нам вместе жить много лет». Ну ладно, не было четкого текста, просто еще один новый орган чувств выдал мне ощущение капитуляции. Ликвор тоже высказался на своем языке в духе «То-то же! Так бы сразу!»
— Мы поладим, — сказал я руке, не вслух, конечно же.
Хозяйка вновь заговорила со мной, и голос ее звучал немного разочарованным:
— Ну как обновка? Нравится? Может требуется помощь с настройкой?
Каждый раз, когда сильные мира сего предлагают мне услугу, они хотят взять меня в кабалу. Нет уж, не такая сделка мне нужна.
— Спасибо, осваиваю, — ответил я вежливо.
— Ну что ты за человек, Васнецов! Тебе положено кататься по полу, завывая! А ты просто враг веселья! — весело укорила меня хозяйка.
Я посмотрел в темноту, откуда доносился голос, взглядом, обычно причитающимся маленьким нашкодившим детям.
— Ну-ну, — отреагировала хозяйка, — не закатывай глаза. Если бы ты не смог справиться с каким-то протезом, от тебя было бы мало толку. Но не так же запросто!
— Говоришь, Васнецовы были здесь? Ты — тот самый «исполнитель желаний», о котором они говорили. И слушай, ты не могла бы выглядеть… как-нибудь. Не очень приятно говорить с пустотой.
— А что бы ты хотел увидеть? Только не человека, надоело за очень долгие годы. И вообще, мне больше не нравится казаться живой. Я это, как говорят в вашей среде, переросла.
— Например, ты можешь превратиться в золотой шар.
— Это из какой-то дурацкой книжки? — фыркнула хозяйка.
— Протестую против «дурацкой», но да.
— Ладно, мне не жалко.
Медицинский прибор к тому времени растворился темноте. Сейчас же прямо передо мной возникла идеальная светящаяся сфера, метров трех в диаметре, на вид сделанная из чистого золота.
— Так лучше? — спросил шар.
— Удобнее. Спасибо! Расскажешь, что это за место, кем были эти мертвецы, и кто ты такая? Спрашиваю просто, чтобы познакомиться.
— Доблестные римские воины попали сюда по ошибке. Ты уже знаешь, что ваш мир притягивает мертвых?
Я кивнул, а хозяйка продолжила.
— Не буду тебя грузить, кто это затеял и зачем. Придется целую лекцию читать, кто такие боги и что они такое. Скажу только, что бог — это не волшебник, прокачанный до состояния Абсолюта, и даже не концепция, как считают любители теории эгрегоров. Такие существ тоже полно во вселенной, один очень крутой маг вот прямо сейчас прибывает в твой родной мир. Но не в виде мертвой тушки, точнее душки, а живой и почти здоровый. Но для тебя это не важно, вы все равно никогда не встретитесь.
— Тогда зачем ты мне это рассказываешь?
— А поговорить? — хохотнула хозяйка. — Бог — механизм, исполняющий определенные функции, или точнее закон природы, обладающий разумом и чувствами, но вынужденный делать, что должен. Точно также, как ты, охотник, обязан убивать хищников, в этом смысл твоего существования. Ты не сможешь не убивать.
— А что должна делать ты?
— Прямо к сути? Ну ладно, я заведую складом. Точнее архивом, это ближе к истине. Я храню все вещи, созданные или придуманные за все время существования нашего мультиверсуса.
— Тебе, наверное, требуется очень много полок! — я не удержался, чтобы не съязвить.
— Не надо примитивного юмора, тебе не идет. Твоя цивилизация, что прошлая, что нынешняя, недалеко ушла от каменного века, особенно в вопросах производства материальных ценностей.
— И как же производят вещи в твоем сияющем будущем?
Золотой шар засиял интенсивнее.
