Я огляделся. Мы находились посреди незнакомого леса. Наши земные приметы здесь тоже, возможно, не действовали. Немного поразмыслив и вспомнив, куда мы шли с Оозорваном, где стояло солнце по утрам, выбрал направление и мы пошли. Хотелось есть, но меня не было никакого оружия, я не мог, да и не умел, как Одинокий Охотник, охотиться, чуть ли не па запаху. Скоро набрели на небольшое дерево с плодами, и Лейни сказала, что они съедобны. Мы немного утолили голод и набрали плодов с собой: кто знает, что нас ждёт. Прошли несколько часов, но местность не менялась. Понял, что мы пошли в неверном направлении. В противном случае уже вышли бы к селению. Лейни по ходу расспрашивала меня о моём мире, я охотно болтал с ней. Она очень удивлялась моим рассказам об автомобилях, телевизорах, поездах и прочих достижениях науки и техники. Что, впрочем, и неудивительно. Они, как говорится, живут в каменном веке. Ближе к полудню сделали остановку, прилегли в тени деревьев, а я спросил:
— У вас всегда отдают замуж, не спрашивая, любят ли друг друга жених и невеста?
— Да, — подтвердила она без тени сомнения, — у нас так было всегда. Иначе быть не может, разве можно ослушаться отца?
— А ты любишь своего жениха?
— Я его ни разу не видела, — спокойно сказала она, — раз отец велит, значит так надо.
Я не нашёлся что ответить. Законы патриархата, ничего не поделаешь.
— А зачем колдун хотел, чтобы погибли твой отец и брат, ему мало власти? — спросил я.
— Дело в том, что по нашим обычаям, если во время сражения погибает вождь рода, то его место занимает сын. Если же и сын погибает, тогда главу рода назначает колдун. Он общается с Высшим, Восседающим на Солнце, знает, чего хотят Оракулы. Колдун хоть и имеет власть, но он не имеет права распоряжаться всем происходящим в селении, может только советовать. Я давно заметила, что Акаландан хочет быть первым, он очень властолюбивый, ему очень нравится, когда перед ним преклоняются. Вот, поэтому, он и замыслил это сражение. Он знал, что Красные Драконы очень могущественный род, их никто и никогда не побеждал. Он похитил меня, укрыл в этой яме с двумя сообщниками, которым пообещал места в совете рода. По его замыслу наш род должен был пойти войной на Красных Драконов, и большая часть погибла вместе с отцом и братом, так как вождь должен драться до победы. А он тогда бы объявил вождём своего сына Лайдуна. И после этого вся власть принадлежала бы ему полностью. Меня они сразу уговаривали, чтобы я всем говорила, что меня похитили Красные Драконы, а я бежала. Взамен обещали сохранить жизнь. Этим гнусный колдун хотел выиграть два дела: война сразу прекратилась бы, я ведь на свободе и все знали бы, что меня и в самом деле похитили Красные Драконы. Но я отказалась и думаю, что в любом случае подлый Акаландан приказал бы меня убить. Потом моё тело подбросили бы где-нибудь возле границ рода Красного Дракона. Но ты успел вовремя.
— Да, это всё хорошо, но что теперь творится там, в вашем селении, ведь мы так никого и не предупредили, твои не знают всей правды?
— Может, всё обойдётся, — Лейни призадумалась. Ей так шла эта задумчивость, что я залюбовался. — Думаю, что хитрый колдун, не зная расклада, отложит нападение. Он ведь не знает, где мы, поэтому, постарается перенести выступление на другой срок.
— Да ты стратег, — засмеялся я, — рассуждаешь, как генерал.
— Ты говоришь непонятными словами, — Лейни деланно нахмурилась, — я не знаю того, о чём ты сказал. Лучше, давай разберёмся, куда мы пойдём дальше?
— Честно говоря, и сам не знаю. Давай будем идти прямо, куда-нибудь выйдем.
Мы доели с нею плоды и двинулись в путь. Лес потихоньку стал редеть и ближе к вечеру мы вышли на равнину. Мягкие, высокие и шелковистые травы колыхались под волнами тёплого ветра. Равнина была залита приятным теплом, я с удовольствием свалился в траву. Усталая Лейни тоже прилегла рядом. Я немного полежал, но потом решил, что, всё-таки, я мужчина, хоть и из другого мира. Поэтому, моя задача добыть к ужину пропитание. Я встал и пошёл вперёд.
— Ты куда? — приподнялась Лейни.
— Не волнуйся, только осмотрюсь, — успокоил её.
Побродив вокруг, наткнулся на небольшое озерцо с чистой водой. Рядом с ним была наполовину высохшая лужа. Очевидно, она соединялась с озером, но со временем перешеек пересох. Присмотревшись, увидел, что в этой луже плавает рыба. Вместе с Лейни мы быстро взбаламутили лужу, перемазавшись, правда, сами. Рыба стала всплывать наверх, а мы ловили её руками. Скоро у нас было несколько килограммов свежей рыбы.
— Вот только нечем разжечь костёр, — грустно сказал я.
— Нет, есть, — Лейни полезла в карман своей кожаной жилетки и достала два камня.
— Ура, живём, — я схватил и весело закружил её. А она смеялась так красиво, так заразительно, что мне безумно захотелось прижать её к себе. Но быстро подавил своё желание: у меня нет права обнимать чужую невесту.
