— Спасибо и на этом, — буркнул я, делая вид, что очень раздосадован и, стараясь, не выдать себя.
Лейни лежала на широком мягком матрасе без сознания. Её нога была совершенно нормальной, без черноты и опухоли, дышала она ровно и спокойно. Лейни была так красива. Нет, они не отнимут её у меня. Я решил воспользоваться этим временем и, выбрав удобный момент, бежать с Лейни. А потом, вернувшись в селение, поговорить с Оозорваном и Леманотом. Надеюсь, они поймут меня и оценят то, что я спас Лейни и люблю её. А уж из племени меня насильно не потащат, Крису с компанией нельзя светиться. Главное, присмотреться и выбрать удобный момент для побега, найти путь. Я начал осторожно оглядываться, чтобы найти видеокамеры. Но их либо не было, либо, в будущем, они выглядели по-другому: привычных для нашего глаза мини-объективов не заметил. Затем осторожно выглянул из комнаты, где нас оставили. Вокруг никого не было. Осторожно пробрался к телекоммуникатору, нажал кнопку и дверь открылась. Когда забрался вовнутрь, включил экран и стал всматриваться в появившуюся на нём карту: мне нужно было хорошо изучить маршрут, как вернуться в род Леманота, не заблудиться. Пробовать улететь на телекоммуникаторе было бессмысленно, они его заблокировали. Да и панель управления мне была там совсем незнакома. Ладно, прорвёмся.
Вернулся в комнату, где находилась Лейни. Она уже очнулась и с широко раскрытыми глазами вертела головой по комнате.
— Влад, где ты пропал, — она сразу бросилась ко мне, — я думала, что уже в Обители, что умерла. Где мы находимся?
— Спокойно, милая, — обнял Лейни, — ты жива. Я же обещал тебе, что ты не умрёшь, всё будет хорошо. Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо. Но где мы?
— Мы с тобой попали в замок, который находится за Каром. А здесь живёт очень древний род, они много знают и помогли тебе.
— А почему никто об этом не знает? — глаза её ещё больше расширились.
— Потому, что они этого не хотят. Но нам с тобою надо отсюда выбраться. Они не хотят отпускать меня с тобой.
— Почему?
— Ведь я человек из другого мира и они хотят, чтоб я передал им свои знания. А мне этого не хочется.
— Что мы будем делать?
— Для начала давай выйдем. А потом слушай меня.
Мы вышли из помещения. Ласковое междуреченское солнце светило ровным мягким светом, тишина укрыла весь двор, вокруг зелень радовала глаз — можно было подумать, что ты в раю. Мы пошли к летательному аппарату, на котором меня доставили сюда. Открыв дверь, увидел, что на сиденье пилота осталось оружие, похожее на пистолет. Они понадеялись, что мы отсюда никак не сможем убежать. Оглянувшись по сторонам, спрятал его за пояс, под рубашку: пригодится. Лейни вертелась вокруг меня. Видел, что любопытство просто распирает её, она ничего не понимала: что это такое, что здесь происходит. Но у неё хватило сообразительности не задавать лишних вопросов в такое время. Присмотревшись, заметил, что на угловых башнях всё же есть какие-то видеокамеры, которые отслеживали движение вокруг замка и в замке, постоянно вращаясь по типу локаторов. Видимо, всё здесь отслеживалось и сразу анализировалось компьютером, он принимал нужные решения. А люди просто не вникали в его действия, уверовав в мощь техники. Да и как тут не уверуешь: из Междуречья сюда практически никто не совался. А если, кто и сунется, милый дракончик по команде компьютера испепелит всё огнём. Но мне нужно найти брешь в их системе, нужно лишь выбраться за стены, а там они меня не найдут. Да и вряд ли они сунутся в лес. Сделав вид, что мы гуляем и беседуем, обнял Лейни, и мы медленно пошли вдоль стен. Стена везде была ровная, высокая. По ней не взберёшься и не убежишь. В первой башне была дверь, но на ней не было никаких ручек и замков. Сверху на башне лишь с тихим жужжанием крутилась видеокамера. Мы пошли дальше. На следующей башне было то же самое. Видимо, у них нет никаких выходов, они пользуются лишь летательными аппаратами. Я готов был рвать траву от бессилия: неужели нет никакой возможности, чтобы выбраться отсюда? Мы дошли до последней башни, но и там было ничего не нашли.
В растерянности присел на траву, Лейни опустилась рядом.
— Что, ничего не получается, Влад? — осторожно спросила она меня.
