Орбита смерти полностью

Шлезингер уволил восемьсот тридцать семь человек, в основном из так называемого директората планов – рыцарей плаща и кинжала ЦРУ. Лично сообщил об увольнении двенадцати высокопоставленным служащим и поменял его название на «директорат операций». Прополка сухостоя. Он хотел убедиться, что эти люди не опозорят Никсона. И страну.

Работа в корпорации «РЭНД» и бюджетном комитете правительства наглядно показала ему, как технологии меняют мир. Соединенным Штатам старыми методами холодную войну не выиграть. Два года он руководил Комиссией по атомной энергетике и дополнительно проникся впечатлением от технологической мощи. Взаимное гарантированное уничтожение? Он только головой покачал. Безумцы, что с них взять! Америке нужно что-нибудь получше. ЦРУ стремилось выяснить пределы новой технологии, добыть разведданные, недоступные остальным странам мира. Пока не слишком поздно.

Он вернулся к окну и поднял глаза к синему небу. Наши истребители и разведсамолеты тоже не слишком-то хорошо справляются. Мы просто делаем то же, что делали всегда. Кто-то должен как следует встряхнуть это болото. И пусть неудачники уйдут.

Мона дважды стукнула в дверь и выдержала паузу, как ее и проинструктировали. Ничего не услышав, вошла со свежезаваренным кофе и молча поставила поднос на столешницу. Бросила взгляд на нового шефа, продолжавшего смотреть вдаль. Высокий, с густой седеющей шевелюрой, широким лбом и подбородком с ямочкой. Красивый мужчина. Жаль, что при этом – надменный ублюдок.

Шлезингер обратился к ней, не удостоив взглядом:

– Свяжите меня с Сэмом Филлипсом.

В двадцати трех милях на северо-восток, на девятом этаже здания Агентства национальной безопасности – истинно уродской прямоугольной постройки на территории армейской базы Форт-Мид, генерал Сэм Филлипс разглядывал модель самолета, которая у него стояла на книжной полке в кабинете. P-38 «Лайтнинг» – он на таком истребителе летал в войну над Германией.

Дизайн машины продолжал его восхищать. Большие сдвоенные двигатели «Эллисон V-12» с турбонаддувом выдавали тысячу шестьсот лошадок, вращаясь в противоположных направлениях для минимизации крутящего момента. Ему нравилось ощущение, возникавшее, когда выводишь движки на максимум, позволяя исполинам тянуть тебя ввысь, точно тракторам, все быстрее и быстрее. Он как-то раз достиг четырехсот миль в час: боезапас исчерпался, пришлось удирать от «Мессершмитта-109» к безопасным берегам Англии.

Склонившись к полке, он пристально вгляделся в модель – уже не впервые. И едва заметно покачал головой, любуясь эффектом: самолет будто исчезал при взгляде спереди, из встречного ветрового потока. Неудивительно, что птичка эта носилась так стремительно. Прекрасное, продуманное инженерное творение. Инженеры «Сканк уоркс» в «Локхиде» разделяли его взгляды. Результат – вот главное.

Он бросил быстрый взгляд на фотографию американского флага на Луне в рамке: экипаж «Аполлона-11» подписал ее для него. Нил Армстронг собственноручно: «Генералу Сэму Филлипсу с благодарностью: без вас этого флага здесь не было бы».

Пора возвращаться к работе.

– Вам звонят, генерал, – сказала секретарша из соседней комнаты. – На первой секретной линии директор ЦРУ Джеймс Шлезингер. – Миновал удар сердца. – Вы свободны?

Только этого мне не хватало. Он повздыхал.

– Да, Джен, давай его сюда, пожалуйста. – Бежевый телефонный аппарат на столе затрезвонил, подчеркивая настойчивость вызова миганием индикатора при каждой трели. Он поднял трубку аппарата и нажал кнопку.

– Директор Филлипс.

– Сэм, нам нужно обсудить пару дел.

– Утро доброе, Джим. Чем могу помочь?

– Помочь? Это не мне нужно помочь. В России фиаско назревает.

Сэм Филлипс быстро размышлял. Какое еще фиаско? И при чем тут новый директор ЦРУ?

Потом догадался:

– Предстоящий пуск «Протона»?

Шлезингер громко выдохнул через нос:

– Ты знаешь. Что там твои ребята из РЭР говорят?

Филлипс покачал головой. АНБ снабжало данными радиоэлектронной разведки министра обороны, а не цэрэушников. Он слыхал, что у Шлезингера амбициозные планы собрать все разведструктуры страны, включая военные, под крышей ЦРУ – под его личной властью. Так или иначе, придется ввязываться в эту битву. Но в данный момент Филлипс предпочитал курс на осторожное сотрудничество, ведь президент лично выбрал Шлезингера.

– Ничего существенного не появилось после того брифинга в Белом доме с Объединенным комитетом начальников штабов.

В основном так и есть.

Он даже по телефону слышал, как у Шлезингера поднимается кровяное давление.

– Сэм, твоя работа заключается не в том, чтобы определять существенное и несущественное, а в сборе информации! Давай выкладывай, что там у вас из последнего.