жюри со всей душой и совестью, сугубо четко соблюдая ими же созданную шкалу оценки, что доказывала себя не раз, пришли к общему заключению: за этот поединок присуждается ничья! Данный случай, предусмотренный нашими правилами, можно разрешить единственным путам — дополнительным финальным раундом.
— Оххххххх!
— Выбор последнего испытания передается проигравшему в третьем туре сопернику. Прошу Орду заранее проявить понимание, но выбор предоставляется Селему, который должен назвать, какое испытание он выбирает для последней дуэли, для последней схватки со своим соперником. Желаете ли вы, августейший стилит, удалиться на несколько мгновений для обсуждения с вашим скрибом?
— В этом нет необходимости, уважаемый церемониймейстер. Мой выбор сделан. Я выбираю
— Его Высочество Караколь желают удалиться с их скрибом?
— Да, коль скоро это представляется возможным.
— Разумеется. Палатин проводит вас.
)
— Эскалетр — это такой снежный ком, да? Начинается со слова из одной буквы, затем идет слово из двух букв, потом их трех, четырех, и так далее? Выигрывает тот, кто дойдет до самого длинного слова, так?
— Да, Сов.
— Почему он это выбрал?
— Потому что это легко, а он устал.
— Думаешь, ты можешь выиграть?
Караколь оперся лбом о стекло и на несколько секунд закрыл глаза, не отвечая. Он весь кривился и жмурился, ему явно было нехорошо.
— Ты плохо себя чувствуешь, Карак? Ты устал?
— Послушай меня внимательно, Сов… Я это состязание проиграю…
Меня этими словами как обухом по голове ударило. Откровенно говоря, он как-то так все это произнес, каким-то таким неоднозначным тоном, что я решил переспросить:
— Ты знаешь, что проиграешь, или ты хочешь проиграть?
— Знаю, что проиграю.
Двусмысленности его слова не поубавили. Я так и остался в замешательстве, не в силах понять, что происходит.
— Я в эскалетре дойду до девятнадцати. А он выдаст двадцать.
— Откуда ты можешь это знать,
— Не важно. Послушай лучше, видишь вон того типа, одетого в зеленый бархат, в двух рядах за Экзархом?
— В черной треуголке?
— Да. Его зовут Масхар Лек.
— И что с того?
— Он здесь для того, чтобы меня убить. На восемнадцати словах зал решит, что Селем выиграл. Но я подниму счет до девятнадцати, поприветствую публику, поздравлю Селема и удалюсь, объявив, что побежден. Ты внимательно слушаешь, Сов? Затем я быстро выйду из дворца в сопровождении четырех палатинов. Тогда Масхар Лек встанет. Обойдет трибуны слева, и спустится по центральной лестнице, дважды отсалютовав треуголкой Экзарха.
Затем пройдет мимо сцены, пробираясь к выходу. В этот момент ты должен его остановить.
— Но как?
— Как угодно. Останови его. Это вопрос жизни и смерти.
— Карак, ты сейчас серьезно?
— Эрг этого человека не знает. Он не сможет просчитать, что тот задумал. Только ты один в курсе, только ты один можешь его остановить, скриб не вызовет у него подозрений.
— Но кто он вообще такой, Святые Ветра? Кто его послал? Почему он хочет тебя убить?
— Это длинная история, Сов. Преследователи не прощают предателей. Он знает, кем я стал. Он следует приказам.
— Это наемный мастер?
— Нет, во всяком случае, не в том смысле, что был Силен. Он отравитель. Он по большей части орудует на приемах при дворе, на банкетах в честь победителей… Понимаешь, в чем моя проблема?
— Нет, ничего я не понимаю.
¿'
]
¿'
]
¿'
]
¿'
]
¿'
]
)
