Он неловко двинулся вперед, стуча посохом по полу.
— Мои спутники скоро прибудут, — произнес он. — Мы уничтожили Сферу Неотразимости Воли Халима. Мефисто заточен. Мы ищем Темного Странника. Внутри него — Диабло. Мы разгромим его, раз и навсегда.
— Ты знаешь многое, но не все, — ответил Тираэль. Его лицо скрывал капюшон, но Каин отвернулся от ослепительного лика, смаргивая слезы. — Ты хорошо потрудился, последний из Хорадримов. Но надо сделать еще многое, прежде чем выйти на бой с Диабло. Мой верный помощник Изуал был осквернен, и его надо избавить от страданий. Вам следует явиться в Адскую Кузню и использовать Наковальню Уничтожения, чтобы разрушить Камень Души Мефисто, перед тем как пересечь Реку Пламени. И я опасаюсь, что это — лишь малая часть. Пророчество предсказывает нарушение равновесия сил, которое может разрушить Санктуарий.
— Что же тогда случится?
— Мы не ведаем, — ответил Тираэль. — И не знаем, произойдет ли это вообще.
— Я помогу нашим героям в их битве с тьмой.
Тираэль кивнул.
— Я не сомневаюсь. Ты поддержишь их мудрым советом. Но тебя ожидает тяжкое испытание. Твое собственное прошлое вернется, терзая твою душу.
Сердце Каина сжалось. Что произойдет в будущем? Что из него будет написано им самим, а что уже высечено в камне?
— Я… я не понимаю.
Тираэль махнул рукой, и его золотые доспехи тихо звякнули.
— Ты должен принять всю правду о себе самом. Я буду твоим защитником, последний из Хорадримов. Но ты можешь оказаться с тьмой один на один. Когда этот момент наступит, тебе надо поверить в себя.
У Каина заныла спина. Огонь в камине с ревом вырос, а потом снова стих, опав. В зале стало темнее, тени удлинились. Вокруг словно развернулись щупальца. Грохот потряс крепость, будто весь Санктуарий рушился, с потолка посыпалась пыль и осколки камня. Голоса тысяч мучимых душ донеслись откуда-то снизу. Каин потерял равновесие и упал на бок, и посох укатился в сторону.
Низкий, леденящий хохот раздался из ниоткуда. Он едва не лишил Каина самообладания. Пламя почти погасло. Каин увидел, как Тираэля подняла в воздух чудовищная когтистая лапа. Световые лучи крыльев архангела беспомощно хлестали по ней, и Тираэль закричал от боли и ярости. Над Каином возвышалась голова и тело демона. Он был омерзителен, и к горлу Декарда подступила тошнота.
— Склонись предо мной, — рявкнул демон, и его смех потряс Крепость Пандемоний до самого основания. Его дыхание напоминало горячий ветер, дующий из глубин Преисподен. — Склонись перед Белиалом, Владыкой Лжи!
