Идея разбросать големов по деревням, как семечки по огороду, сработала на все сто. Два нападения за ночь – и ни одной жертвы среди мирного населения. Хоть в чём-то повезло.
Правда, за это "везение" пришлось заплатить жизнями двух сотен человек в «Солнечной Долине». И эта мысль, как заноза, сидела у меня в голове, не давая покоя. Я поклялся себе, что отомщу за каждую отнятую жизнь.
Вторые сутки я не вылезал из мастерской, клепая големов, как блины на Масленицу. Казалось, мои руки сами двигаются, подчиняясь какой-то невидимой силе. Камни и металл – всё это превращалось в железных воинов, готовых к бою.
Абаддон, мой старый боевой товарищ, тоже не сидел сложа руки. Он перенял мою ярость и лично инструктировал каждого голема, настраивая их на беспощадное уничтожение Теней.
Закончив с последним големом, я откинулся на спинку стула и с удовольствием потянулся.
Внезапно зазвонил телефон. Я посмотрел на экран – Лунь Чень.
– Теодор, привет! – раздался в динамике её радостный голос. – У меня для тебя хорошие новости!
– Да ну? – удивился я. – И какие же?
– Швейцарцы любезно передали мне твой подарок! – Лунь Чень рассмеялась.
– Любезно передали?
– Ага! – она снова рассмеялась. – Ну, они, конечно, отпирались… Говорили, что, мол, уже уничтожили его. Но мы немного "побеседовали" с ними, и оказалось, что он хранится на одном из их секретных складов, вполне себе целый и невредимый. Теодор, я, честно говоря, в восторге! Это же настоящий шедевр! Спасибо тебе огромное!
– Рад, что тебе понравилось, – ответил я, улыбаясь.
– Понравилось? Да я от него в полном восхищении! – её голос буквально звенел от радости. – Этот трон с драконом… Теодор, ты превзошёл самого себя!
Я невольно улыбнулся, представляя, как она сейчас восседает на троне, который я создал специально для неё. Массивное сиденье из чёрного обсидиана, украшенное китайскими рунами древности. Но главное – дракон. Длинный, извилистый, как змея, он обвивал весь трон, начинаясь у подножия и заканчиваясь на спинке, где его голова с открытой пастью нависала над сидящим. Чешуя из серебра и золота переливалась на свету, а глаза из красных рубинов, казалось, следили за каждым движением в комнате.
– Я знал, что принцессе Лунь нужен соответствующий трон, – сказал я. – Рад, что швейцарцы всё-таки не решились его уничтожить.
– О, поверь, у них не было выбора, – в её голосе промелькнули стальные нотки. – Теодор, ты мой друг. И я готова отплатить тебе добром за добро. Если тебе нужна помощь в твоей войне, я готова прилететь лично. С моей гвардией.
Я задумался. Предложение было заманчивое. Но…
– Спасибо за поддержку, Лунь, – ответил я. – Но пока я справляюсь. Если что-то понадобится, я обязательно дам знать.
– Ну хорошо. Но ты только не стесняйся, – сказала она. – Я всегда рада помочь друзьям.
Мы попрощались, и я, положив трубку, набрал номер Скалы.
– Дядя Кирь, как дела? – спросил я.
– Всё под контролем, Теодор, – ответил Скала бодрым голосом. – Мы с группой уже в Швейцарии. И готовы приступать к следующему этапу.
– Отлично! Не торопитесь, аккуратно. Только главное – с Леосом не вступайте в бой! – сказал я серьёзно. – Просто сделайте всё, как я сказал, и уходите. Поверьте, ему будет хреново. Очень хреново.
– Понял тебя, – ответил Скала. – Выполняем!
Я отключился и улыбнулся. Кажется, пришло время восстановить справедливость.
Швейцария, как всегда, придерживалась нейтралитета. Война войной, а бизнес по расписанию.
Грузопоток через Конфедерацию не иссякал – фуры, поезда и дирижабли бесперебойно сновали туда-сюда. Банкиры считали прибыль, фермеры делали сыр, шоколад таял во рту, а туристы восхищались величественной красотой Альп, не забывая прикупить сувениры и сделать селфи на фоне горных вершин.
Нейтралитет – это не просто слово, это национальный швейцарский бренд, выкованный веками. Даже в эпоху глобальных потрясений, когда мир трещал по швам от конфликтов и кризисов, Цюрих оставался островком спокойствия.
Вот и сейчас, несмотря на то, что небо над миром периодически затягивалось дымом от взрывов, на причале международных дирижаблей в Цюрихе царила привычная суета. Огромные серебристые "сигары", прибывающие из разных уголков мира, плавно опускались на посадочные площадки. Пассажиры, нагруженные чемоданами и сувенирами, спешили на выход, с нетерпением ожидая встречи с родными и близкими.
Майор Шмурде, командир пограничного поста, лениво потягивал кофеёк, размышляя о том, как бы ему половчее организовать сегодняшний день. С одной стороны, нужно было проверить документацию и отчёты подчинённых. С другой – очень хотелось заехать в ближайший магазинчик и купить свеженького штруделя с яблоками – такого, чтобы хрустело на зубах и пахло корицей, как в детстве у бабушки.
Майор Шмурде был человеком обстоятельным: погоны требовали дисциплины, а душа – уюта. И кто сказал, что нельзя совместить приятное с полезным?
Его размышления прервал взволнованный голос сержанта:
