Тело осветилось оранжевым светом. Поверх ран лег полупрозрачный слой бро-
ни. Протезирование, умение в ветке Исцеления, накладывается на открытые
раны, обезболивающее и даже временно исправляющее последствия переломов,
вывихов и растяжений. Только вот особенность у него есть неприятна, рабо-
тает оно только при наличии в билде Исцеления, и после снятия применение
становится невозможным до полного излечения.
Человек в сером плаще, поморщившись, всѐ же призвал оружие, оказавшееся
двумя катанами с чернѐными клинками. Сделав круговое движение плечами, он
внезапно оказался рядом, попытавшись проткнуть моѐ и без того травмиро-
ванное тело. К счастью, я успел призвать и изменить топор, заблокировав
удар. Феникс не растерялся, и, в одно движение, зайдя за спину, нанѐс
второй укол, практически достигший цели. С оглушительным звоном разбилась
одна из гравировок, удар пришѐлся по плоскости плаща. Контратака так же
прошла тело насквозь, не причинив ему, ни малейшего вреда.
Мы синхронно разорвали дистанцию. У меня полтора десятка дырок, которые
дадут о себе знать максимум через пару минут. Феникс не тронутый. Времен-
ной запас его Развоплощения не известен, да и вообще, тот ли это скил?
Судя по тому, как клинок даже не деформирует его силуэт, это либо другой
уровень моего скила, либо просто нечто похожее и находящееся на порядок
выше.
Рассыпавшись в пепельный шар, противник быстро сократил дистанцию и ата-
ковал, мгновенно возвращая себе обычную форму. Каждый заблокированный
удар отрывал от меня по куску реакции, ещѐ пара секунд в таком темпе, и я
начну пропускать, а, судя по силе, вложенной в каждую атаку, любая ошибка
может стоить мне победы. На пятом ударе у меня получилось немного развер-
нуть щит, приняв чѐрный клинок вскользь. Подсечка. Враг выведен из равно-
весия. Довернуть корпусом и… Тело врага резко заваливается в бок. Клинок
теней. Удар подмышку. Насквозь! Чѐрт!
Послышался смешок, после которого я и Феникс, вдруг, поменялись местами.
Из глаз брызнули слѐзы. Из плеча, практически во всю длину, торчал кли-
нок, по форме похожий на катану. Человек в плаще потянул рукоять на себя.
Со звуком разбившегося о кафель хрусталя лопнули протезы на всѐм теле,
кровь небольшими фонтанчиками брызнула из каждой полученной за бой раны.
94
Рука со щитом держалась только на пучке мышц. Я лежал головой в пол и
пускал кровавые пузыри носом.
На периферии зрения показался серый силуэт, заносящий над головой меч. Я
закрыл глаза, не в силах смотреть на опускающийся меч. Знаете, кто-то из
вас определенно подумает, что нужно умирать глядя смерти в лицо. А вы по-
пробуйте смотреть на полосу стали, которая через пару мгновений ворвѐтся
в ваше тело, причѐм противоестественным путѐм, и ваша голова покатится,
как тот колобок из детской сказки. Все эти герои, до последнего глядящее
в дуло пистолета, или ищущие что-то на лезвии меча – всего лишь книжные
бруталы, созданные живущими в мечтах авторами.
Стыдно признаться, но я до последнего ждал, что сейчас кто-то придѐт и
помешает серому человеку опустить меч мне на шею. Я не надеялся на это,
но лучик веры в хороший конец всѐ ещѐ не отпускал, как забористая травка
неопытного наркомана. И испытывал я сейчас примерно то же самое, что и
тот нарик. Одновременно с двинувшимся вниз мечом время начало замедлять-
ся. Это чувствовалось с закрытыми глазами. Кровь из открытых ран больше
не лилась, а плавно стекала, щекоча и разогревая тело. Пузыри перестали
надуваться и лопаться. Дыхание замедлилось в ноль, и только сейчас я ре-
шил открыть глаза.
Серого силуэта больше не было. Его закрыла маленькая фигурка, на которую
медленнее и медленнее опускался меч, по клинку которого ползли морозные
узоры. Да и не только по нему. Я почувствовал, как от пола отдаѐт холо-
дом, стены зала уже скрылись за толстым слоем льда, а на потолку с трес-
ком формировались здоровенные сосульки.
Клинок окончательно остановился в пальце от девичьей макушки, и она
обернулась. Голубые волосы взметнулись на правым плечом, холодная ладошка
дотронулась до моего плеча, и с усилием, перевернуло моѐ доживающее по-
следние мгновения тело.
- Вставай. – Сказала она, поднимая меня за здоровую руку. – Он уязвим к
холоду.
- Ты кто? – Поинтересовался я, с удивлением обнаружив в ладони рукоять
ятагана.
- Не важно. – Закрыла глаза девочка. – Не сейчас. Убей его.
И рассыпалась ворохом снежинок, покрыв ими клинок меча.
- Очнулся, значит. – Злобно прошипел Феникс, отходящий от заморозки. – И
хрень свою крылатую позвать успел!
Взмах. Катана серого человека сломалась надвое. Ещѐ взмах. Лезвие ятага-
на отхватило кисть, сжимающую второй меч.
- Ты не можешь победить меня так просто! – Крикнул Феникс, подлетая на
метр и раскрыв пепельно-серые крылья.
- Ты прав. Это было не просто.
Изменив форму меча на двуручный, я услышал, как за моей спиной раскрылся
