- Ты ведь понимаешь, что создал новый ритуал призыва сущностей Хаоса? –
Спросила Вера, когда мы уже сидели дома, на кухне, и пили чай с какими-то
травками.
- Думаешь, в мире так много пятилетних тополей?
- Думаешь, их мало?
- В любом случае, я буду являться только, к кому захочу, я же бог.
- Чувство собственной важности не слишком высоко улетело? – Вера прибли-
зилась ко мне, и погладила по голове.
- Как думаешь, можно обойти блокировку? Просто, исходя из того, что го-
ворила мне ты и Феникс, я никак не могу пользоваться сторонними видами
силы. А тут и призыв, и изменение течение времени.
- Не знаю. – Ответила виверна, прищурившись. – Если ты можешь задейство-
вать сторонние виды, то попробуй создавать другие способности, не относя-
щиеся к шести имеющимся у тебя в арсенале талантам.
- Тебе нужно понять, что границы отсутствуют. – Раздался голос Феникса
за спиной. – Это то, что человек не может сделать самостоятельно. Именно
поэтому был введен новый этап, проходящий в виртуальной реальности.
- Без системных оповещений отодвинуть границы довольно сложно. – Ответил
я. – Чай будешь?
- Не откажусь. – Феникс сел на отодвинутый мной, по щелчку пальцев,
стул. – Система – тоже ограничение. Только, в отличие от мозгового блока,
ограничения ставятся извне. А это тоже не есть хорошо. Хотя, половина
этого мира держится на софте Верхней канцелярии.
- Хочешь сказать, что наш мир, это тоже игра?
- В какой-то мере. – Протянул Бог, прихлебывая чай. – Только в этой игре
тебе доступно все, что твоей душе угодно. Кстати, если ты совсем с голо-
вой не дружишь, можешь попытаться выйти в не игровое пространство. Такая
процедура автоматически убирает все мыслеблоки и взвинчивает способности
мозга на пару порядков. Но лучше не пытайся.
- Как это сделать? Чисто, ради интереса.
- Знаю я твой интерес. – Феникс откинулся на спинку, потягиваясь. – Да
просто. Ты телепортируешься в черноту. В абсолютную, непролазную, несуще-
ствующую тьму. Опираясь на свой опыт, скажу, что оттуда выбрался только
один человек. Первый Феникс, создатель этого изначального мира, и ещѐ ря-
да других, которые существуют до сих пор.
- А откуда появились первые боги, если до этого ничего не было? – Спро-
сил я, оставив пометку в уме о том, что с телепортацией в черноту можно
поэкспериментировать.
132
- Да, как тебе объяснить, если я и сам не всѐ до конца знаю? – Вздохнул
Феникс. – О нулевом мире ничего не известно, но после выбора Верховного,
на место которого встал Первый Феникс, появился этот, изначальный, объе-
динение всех возможных силовых сигнатур, и по его образу и подобию начали
плодиться дополнительные миры, фановые, так сказать.
- И последнее, что меня интересует. Боги могут умереть?
- Только если сами этого пожелают. – Зевнул хаосит, и, отсалютовав в мою
сторону двумя пальцами, исчез.
- Можно тебя кое о чѐм попросить? – Подала голос Вера, о присутствии ко-
торой я уже и забыл.
- О чѐм? – Задумчиво ответил я, крутя в руках пустуя чашку.
- Не пытайся проверить, бессмертен ли ты, и не надо уходить в пустоту.
Пожалуйста. – Жалостливо попросила она.
По виду девушки было заметно, что она готова броситься мне на шею, и
держится она только потому, что боится показаться навязчивой.
- Как получится. – Холодно ответил я, и ужаснулся своему поведению.
Одной из приятных особенностей богоподобия стало отсутствие желания
спать. Если раньше, после бессонных суток я, буквально, вырубался на хо-
ду, то сейчас мне не составляло труда одним ногтем отбивать все атаки ка-
кого-то молодого человека, ни с того, ни с сего, напавшего на меня среди
бела дня. Конечно, на счѐт ногтя я преувеличил, от него исходило тонкое
сверхпрочное воздушное жало полуметра длинной.
- Ты кто, мальчик? – Поинтересовался я, блокируя очередной удар невме-
няемого незнакомца, свободно махавшего двуручным мечом.
Молчание.
- Нет, ну, ты хотя бы представься, что ли. – Очередной сноп искр, клинок
противника пробивает асфальт под ногами и уходит в него на треть длины,
по лезвию ползут ледяные узоры, асфальт затягивается, прочно блокируя меч
внутри себя.
Молчание.
- Я тебе сейчас меч сломаю. – Пригрозил я, занося ногу для удара по
плоскости оружия, потерявшего значительную часть прочности после обработ-
ки холодом.
Молчание.
- Ой, всѐ. Надоел.
- Извращенец. – Фыркнула Вера, появившаяся рядом.
- Ну а чего он? – Мне пришлось отвернуться, потому что такого эффекта я
и сам не ожидал. – Молчит, железкой машет…
- И поэтому внутри бедного демоненка надо было создавать черную дыру,
привязанную к промышленной мясорубке, а потом то, что осталось равномерно
распределить по площади пяти квадратных метров?
- Хватит издеваться! У меня больное воображение и не здоровая психика. Я
очень ранимый человек.
- Слишком быстро ты адаптируешься к всесилию. – Вера взяла меня за руку,
и потянула дальше по улице, удаляясь от покрытого фаршем квадрата асфаль-
товой дорожки. – Если Гудвин за тобой не следит, твоя сила станет для не-
го сюрпризом.
