Я сглотнула неожиданно вязкую слюну и обняла ладонью чёрного паука. И на быстром выдохе, чтобы не успеть передумать, одними губами прошептала своё заветное желание, самую важную мечту. Тут уже отшатнулась, вздрогнула, потому что огонёк перепрыгнул ещё раз. Совершенно точно — мне не показалось. Неожиданный страх ослабил меня, ощетинился острой ледяной струной. Я испуганно схватилась за перила, чтобы не упасть, и различила вдали какое-то движение. За мной следили?
На секунду забеспокоилась, что меня услышали, но это было невозможно. Первым порывом было позорно сбежать и спрятаться, к тому же после того, как я озвучила вслух своё сокровенное желание, навалилась какая-то обречённая слабость. Как будто я прошептала не мечту, а воззвание, и оно истощило моё магическую память. Если бы только это было правдой, то я была бы настоящей волшебницей, что одной фразой способна исполнять свои собственные желания. Увы, моя главная мечта была несбыточной, невозможной, невероятной, и сейчас я даже пожалела о романтической глупости, которой поддалась.
Огонёк всё так же метался из стороны в сторону, и я попятилась к двери. Вовремя вспомнила, что не собираюсь становится жертвой, поэтому твёрдо зашагала по мосту в сторону прыгающего пламени. На середине пути закружилась голова, и я схватилась за ограждение, зашипев от злости на саму себя. Отступать было нельзя.
Глаза напряжённо вгляделись в две человеческие фигуры, что почти не двигались. Отругав себя за впечатлительность и малодушие, я двинулась к ним. Конечно, было бы неприятно обнаружить тут таких же находчивых студентов, как и я сама, но прятаться от них было ещё неприятнее. К мой радости, это оказались только два задумчивых магистра, любующиеся закатом багрового диска. Они передавали друг другу зажженную причудливую трубку, из которой валил густой дым, различимый даже в тумане.
— Студентка Горст, — магистр Риин от растерянности закашлялся и попытался спрятать длинный мундштук за спину. — В такой час студентам положено спать.
— Юна, — радушно заулыбался Голомяс при виде меня. — Мы, было, подумали, что к нам идёт Нада… ректор Аддисад.
— Извините, — я отступила на пару шагов, смущённая тем, что потревожила чужую беседу.
По себе знала, что это бывает крайне неприятно. Тревога и глупый страх сменились свинцовой усталостью, и я теперь уже осознанно привалилась к высоким каменным перилам. Чего я испугалась? Юна Горст, что смеётся в лицо опасности, что видела икша и кровавую магию, струсила, заметив прыгающий огонёк в ночи?
— Мы как раз обсуждали новую книгу, — деловито сообщил библиотекарь. — Пришёл целый ящик крепких переплётов! Ты непременно должна её прочесть, Юна!
— Меня теперь больше интересует историческая литература, — настороженно огляделась я, раздумывая, уместно ли тут оставаться.
— Это разумно, — одобрил мой выбор магистр Риин. — Эти новые романы выходят каждый год. И все про любовь, как будто мир состоит исключительно из чувствительных дев.
Он глубоко затянулся, расслабившись. Я порадовалась, что моё присутствие больше не беспокоило ментального мага — Флейн Риин почти развалился на парапете и уткнулся в одну точку, задумчиво подпирая подбородок.
— А мне нравятся истории про любовь, — Голомяс уставился туда, где скрылась Красная Луна. — Должно быть, я уже достаточно стар, чтобы воспринимать их со всей серьёзностью и удовольствием.
Я тоже развернулась в сторону его взгляда. От новогоднего светила остался только светящийся край, выглядывающий из-за кромки гор. Кажется, я ещё успевала почтить память Чахи, хоть свечи у меня больше и не было. Я вспомнила кровавую ведьму, великую волшебницу, что обожала и творила истории про любовь.
— Так и что это за новая книга? — безразлично спросил магистр Риин, снова затягиваясь.
Табак в трубке разгорелся ярко, потянуло слащавым дымком жжёного сена. От этого запаха захотелось спать, и я едва сдержала зевок.
— Называется «М и М», — торжественно представил Голомяс.
— Странное название, — озвучил мои мысли магистр ментальной магии.
— Согласен, — Голомяс поправил остатки волос на затылке. — Но написана отлично. Только послушайте: «Бойтесь своих желаний, ибо они имеют свойство сбываться». Превосходно. Роскошно!
— Похоже на простую истину, — лениво и равнодушно заключил магистр Риин.
— А опыт — это и есть бесконечное подтверждение простых истин, мой друг, — непозволительно бодро отозвался чудаковатый библиотекарь. — Когда открываешь для себя очередную, хочется кричать: «Что ж вы, люди! Бойтесь своих желаний, я серьёзно!» Но люди только посмеиваются и тактично кивают. Ровно до тех пор, пока не откроют это для себя лично.
— И им остаётся только присоединиться к общему хору познавших жизнь, — иронично хмыкнул магистр Риин, но сам себя прервал зевком.
— Не забывайтесь, молодой человек, — Голомяс забрал трубку. — Всё-таки я гожусь вам в прапрапрадеды.
