Однако, я довольно быстро изменил своё мнение об этой расе. Большинство корнифрейцев общались со мной и с другими людьми вполне вежливо. Они пугали только лишь своим видом. В конце концов, на Сигме собрались такие существа и такие расы, которые были готовы сотрудничать между собой, готовы создать общее правительство для нескольких планет. Никто из присутствующих здесь не был враждебно настроен. По крайней мере, такого не должно было быть.
Именно на Сигме я узнал о такой великой расе как лонгверины. Они прибыли несколько позже, чем мой корабль. Лонгверины сразу производили впечатление элиты. Бледные аристократы с абсолютно черными волосами, блестящими от света ламп. На серебристо-серой коже этих существ были выведены черные узоры татуировок. У некоторых татуировки покрывали только руки или часть лица. У двоих лонгверинов — девушки и парня, татуировки были по всему телу. Черные узоры уходили под ворот куртки и спускались из рукавов до самых кончиков пальцев. Лонгверины были выше большинства присутствующих — их рост был около семи футов, а то и больше. Но выделялись лонгверины не только своей внешностью. В глаза бросался их удивительно футуристичный корабль, что было вполне логично, ведь лонгверины были самой развитой в техническом плане расой, из всех колонистов Сигмы. Потягаться с ними было бы тяжело даже вальтеррианцам.
Помимо этого, у лонгверинов была лучше всех развита медицина. Видимо поэтому большая часть разговоров с ними сводилась к обсуждению видовых особенностей организмов с различных планет. К моему сожалению и к их счастью, лонгверины обратили внимание и на меня. Я не стал вдаваться в подробности насчёт своего бессмертия, а просто рассказал обо всех людях в целом. Даже немного повспоминал брошенный курс медицины из Милтона. Это было довольно интересно обсуждать особенности строения человеческого тела, с теми, кто прекрасно разбирается в медицине. Было интересно узнать и об особенностях самих лонгверинов. Оказывается, их татуировки были частью генетического кода, и, словно для нас отпечатки пальцев, их татуировки были уникальны. Также лонгверины отлично владели магией маскировки, что позволяло им принимать облик, максимально похожий на человеческий. Скрывать черные узоры и серебристый цвет кожи. Распознать их среди людей можно было только по высокому росту. Для меня лонгверины стали самой невероятной расой существ, которую я встретил на Сигме.
Я провёл на этой планете четыре года. За это время я подтянул свои знания в медицине, благодаря лонгверинам. Узнал много интересного о новейших технических изобретениях флоренинцев и вальтеррианцев. Также я наблюдал, и немного даже принял участие в разработке единого закона для всех существ. Этот закон должен был регулировать взаимоотношения разных планет, а также существ на самих планетах. Никогда прежде мне и в голову не приходило, что возможно создать единую конституцию для всего мира, но похоже ребята на Сигме были готовы сделать это. Над созданием закона трудилось около сотни представителей разных видов существ с разных планет. И каждый выдвигал поправки, которые регулировали бы отношения его вида с остальными. Самыми упорными в этом плане были лонгверины. Они все пытались добиться обязательной медицинской регистрации всех жителей планет. Чтобы помимо данных о виде, возрасте и имени в идентификационных картах указывали и медицинские сведения. Но тогда пришлось бы перейти от использования ID-карточек на паспорта с множеством страниц, а большинство планет не хотели этих сложностей. В конце концов приняли решение о возможности выдачи электронных медицинских карт, в которых в виде чипа будет храниться вся информация о человеке.
Я настолько привык жить на Сигме, что начал забывать о родной планете. Я гораздо легче многих приспособился к жизни там, ведь я легко понимал все языки. Большинство колонизаторов Сигмы общались на общенациональном языке, который был разработан много лет назад флоренийцами и вальтеррианцами. Я же кроме общенационального, мог говорить на любом другом. И люди с других планет, и прочие существа были рады поговорить на родном языке вдали от дома.
