- Люди каждый день входят в эти ворота, и не только те, которые бегут из окрестных деревень и ферм. Прошлой ночью на лошадях с попонами из кожи прибыли из Эрнистира первые всадники принца Гвитина. Основной отряд принца будет здесь сегодня вечером. Лорд Этельферт из Тинсетта с двумя сотнями людей уже две недели как прибыл. Барон Ордмайер приехал вслед за ним и привел еще сотню из Итерселла. И другие лорды съезжаются отовсюду со своими войсками. Готовится большая охота, Саймон, - хотя один Бог знает, кто за кем охотится.
Они дошли до северо-восточной башни, где Сангфугол приветственно помахал молодому солдату, стоявшему в карауле. За его плечами поднимался Вальдхельм. Горы, казалось, были так близко, что протяни руку - и дотронешься.
- Как он ни занят, - внезапно сказал арфист, - все-таки как-то нехорошо, что он до сих пор тебя не видел. Не возражаешь, если я замолвлю за тебя словечко? Я буду при нем сегодня вечером за обедом.
- Конечно, я хотел бы его увидеть. Я… очень тревожился за его безопасность. И мой господин очень много отдал за то, чтобы Джошуа смог вернуться домой.
Саймон и сам был удивлен, услышав нотку горечи в своих словах. Он не хотел, чтобы она звучала, но все же ему пришлось многое перенести, чтобы добраться сюда, и не кто иной как он нашел Джошуа связанным и подвешенным, словно фазан на двери охотника.
Тон замечания не ускользнул и от Сангфугола, он взглянул на Саймона со смесью сочувствия и восхищения.
- Я понимаю. Но не советую тебе излагать это моему хозяину именно таким образом. Он гордый и непростой человек, Саймон, но я уверен, что он не забыл тебя. Видишь ли, в этих краях в последнее время тоже было тяжело и даже почти так же мучительно, как и твое путешествие.
Саймон вздернул подбородок и уставился на горы и далекие кроны взъерошенных ветром деревьев.
- Я знаю, - сказал он. - Если принц примет меня, это будет большой честью, если нет - что ж, так оно и будет. Арфист лениво улыбнулся, веселые глаза блеснули:
- Гордая и справедливая речь. Позволь мне теперь показать тебе Гвозди Наглимунда.
При полном свете дня это и в самом деле оказалось потрясающим зрелищем. Поле сверкающих кольев начиналось в нескольких эллях от рва под восточной стеной замка и поднималось по склону и вдоль него примерно на четверть лиги к подножиям гор. Они стояли ровными радами, как будто легион часовых был похоронен здесь, оставив свое оружие торчать над тесной землей в доказательство, что они добросовестно несли свою службу.
- И что же, этот, как-его-там-звали, устроил все это только потому, что очень боялся ситхи? - спросил Саймон, сбитый с толку полем серебристо-серого сияния, расстилавшимся перед ними. - Почему бы ему просто не поставить их на стены?
- Герцог Эсвайдес его звали. Он был наббанайским наместником и нарушил обычаи, построив дворец на землях ситхи. А почему не на стенах - что ж, я думаю, он боялся, что они смогут найти способ перебраться через единственную стену или под ней. А так им пришлось бы пройти сквозь этот строй. Здесь ведь нет и половины, Саймон, раньше они торчали со всех сторон. - Сангфугол взмахнул рукой, обводя склоны холмов.
- А что ситхи? Они атаковали его?
Сангфугол поморщился:
- Я ничего об этом не слышал. Тебе надо спросить отца Стренгьярда - он архивариус и историк этого замка.
Саймон улыбнулся:
- Я встречал его.
- Забавная старая развалина, верно? Он как-то рассказал мне, что когда Эсвайдес построил этот замок, ситхи назвали его… назвали его… Проклятье! Мне следовало бы знать все эти старинные байки, раз уж я пою баллады. Во всяком случае, это название означало что-то вроде "Ловушки, которая ловит охотника"… как будто бы Эсвайдес так окружил себя стенами, что поймал себя же в ловушку.
- Так оно и было? Что с ним сталось?
Сангфугол удрученно покачал головой и снова чуть не потерял свою шапочку:
- Будь я проклят, если знаю. Наверное состарился и умер. Вряд ли ситхи особенно обращали на него внимание.
Им потребовался целый час, чтобы завершить обход. Давно уже иссяк кувшин пива, который Сангфугол принес, чтобы смочить трапезу, но предусмотрительный арфист захватил с собой еще и бурдюк с вином и спас их тем самым от мук жажды. Они смеялись; старший учил Саймона непристойной песенке о благородной даме из Наббана, когда приятели наконец добрались до Главных ворот и винтовой лестницы, ведущей обратно на землю. Выйдя из сторожки, они оказались в бурлящей толпе рабочих и солдат, причем последние, судя по их расхристанному виду, все до одного были в отпуску. Люди кричали и толкались;
Саймон моментально оказался зажатым между двумя толстыми бородатыми стражниками.
- Что происходит? - крикнул он Сангфуголу, которого людской поток протащил немного дальше.
- Точно не знаю, - отозвался тот. - Может быть, прибыл Гвитин из Эрнисадарка.
Один из толстяков повернул к Саймону красное лицо.
- Да нет, все не так, - весело крикнул он. От него здорово несло пивом и луком. - Тут дело из-за великана, которого убил принц. - Он показал на костер, сложенный во дворе.
- Великана-то не видно, - сказал Саймон.
