- В постели? - спросил Бинабик, входя в комнату и задом прикрывая дверь. - Мне очень лучше, по крайней мере в достаточности очень лучше. Есть действия, которые нуждаются в совершении. - Он прищурившись оглядывал комнату, а Саймон, снова опустившись на край матраса, с интересом разглядывал собственные босые ноги.
- Имеешь ты знание, где местополагается мешок, который мы спасали? - спросил наконец тролль.
- Бррр, - проворчал Саймон, показывая на пол. - Был под кроватью, но я думаю, что его взял отец Стренгьярд, чтобы достать книгу доктора.
- Имеется возможность, что он теперь здесь, - сказал Бинабик, быстро опускаясь на четвереньки. - Священник, по моему убеждению, очень забывательный, говоря о людях, но любит класть на место вещи, когда ничего с ними не делает. - Он завозился под кроватью. - Аха! Вот я отыскивал его!
- Послушай, это вредно для твоей раны, - сказал Саймон, чувствуя себя виноватым за то, что не сделал этого сам.
Бинабик, пятясь, вылез обратно, и встал, двигаясь при этом, как заметил Саймон, очень осторожно.
- Тролли здоровеют очень быстро! - сказал он и широко улыбнулся, но Саймон все еще беспокоился.
- Вряд ли тебе полезно вставать и бродить повсюду, - продолжал он, пока Бинабик сосредоточенно рылся в мешке. - Так ты никогда по-настоящему не поправишься.
- Отличная мама-тролль получалась бы из тебя, - заметил Бинабик, не поднимая глаз. - Мясо ты будешь также пережевывать за меня? Кинкипа! Где эти кости?
Саймон опустился на колени, чтобы попытаться помочь ему, но это было трудно, потому что Кантака тоже принимала деятельное участие в поисках.
- А Кантака не может подождать снаружи? - спросил он, когда волчица очередной раз пихнула его в бок.
- Оба твоих друга будут счастливы уйти, если их присутственность доставляет тебе неудобность, Саймон, - чопорно сказал тролль. - Айа, вот где они спрятывались!
Совершенно обескураженный, юноша уставился на тролля. Бинабик был храбрым, умным, добрым, был ранен, сражаясь на стороне Саймона, - и кроме всего прочего он бьш слишком мал, чтобы его ударить. Саймон издал возмущенный звук и подполз к нему.
- Зачем тебе эти кости? - спросил он, заглядывая через плечо Бниабика. - А моя стрела еще там?
- Стрела - да, лежит на месте, - ответил его друг. - Кости? Потому что в эти дни будет надобность принимать много решений, и я буду очень большим глупцом, если не буду принимать к свидетельству каждый умный совет.
- Я был у принца прошлым вечером.
- Я имею это знание, - Бинабик вытряс кости из мешка и взвесил их на ладони. - Я говаривал с ним этим сегодняшним утром. Эрнистири прибывали. Сегодня вечером мы будем иметь совет.
- Он сказал тебе? - Саймон был страшно разочарован, что не с ним одним принц делится своими замыслами; но в то же время испытывал некоторое облегчение от того, что разделил с кем-то груз ответственности. - И ты пойдешь туда?
- Как единственный житель моего народа, когда-либо посещавший Наглимунд? Как ученик Укекука, Поющего Человека Минтахока? Конечно, я буду посещать совет. Как и ты.
- Я?! - Саймон почувствовал, что теряет равновесие. - С какой стати я? Что, во имя Господа, я буду делать на… военном совете? Я не воин, я даже не взрослый мужчина!
- Ты, с безусловностью, не торопишься им стать. - Бинабик сделал насмешливое лицо. - Но ты не можешь вечно воевать с возмужанием. Кроме того, твой возраст не имеет при этом много значительности. Ты видывал и слышивал вещи, важность которых может оказаться решающей, и принц Джошуа захотел бы тебя там видеть.
- Захотел бы? Так он звал меня?
- Не с точностью. Но он звал меня, а я возьму тебя со мной. Джошуа не имеет знания о том, что ты видел.
- Божья кровь, Бинабик…
- Пожалуйста, не ругай меня эйдонитским богохульством. Теперь, пожалуйста, давай мне немного тишины, чтобы я мог раскидывать кости, и тогда я имею еще новости для тебя.
Саймон замолчал. Он был встревожен и расстроен. Что если они станут расспрашивать его? Неужели его заставят что-то рассказывать перед всеми этими баронами, герцогами и генералами? Его, беглого судомоя?
Бинабик тихонько ворковал сам себе, встряхивая кости, как солдат, играющий в таверне. Они пощелкивали и падали на каменный пол. Он изучил их Положение, потом собрал в горсть и бросил еще дважды. Поджав губы, тролль долго внимательно рассматривал последний расклад.
- Тучи в пути, - задумчиво сказал он наконец. - Бескрылая птица… Черная расщелина. - Он потер губы рукавом, потом постучал по груди тыльной стороной руки. - И что я должен думать про такие слова?
- Это что-то значит? - спросил Саймон. - Какие слова ты сейчас говорил?
- Это названия определительных комбинаций - или узоров. Три раза бросаем мы, и каждый раз имеет свое значение.
- Я не… я… Ты можешь объяснить? - спросил Саймон, и чуть не рухнул на пол, потому что Кантака протискивалась мимо него, чтобы положить голову на колено сидевшего на корточках Бинабика.
- Вот, - ответил тролль, - во-первых: Тучу в пути. Имеет значительность, что с того места, где мы стоим сейчас, очень трудно посматривать вдаль, но впереди что-то совсем не такое, как то, что позади.
